b000001932

мотворства. Для укрѣпленІя указовъ въ памяти мѣстами устраивались своеобразныя ауто-да-фе, — сожигались набранныя, гдѣ придется, хари, маски скоморошьи, и музыкальные инструменты: домры, сурны, гудки и_ гусли. Между прочимъ, пять возовъ, груженыхъ этими гудебными со- судами, было сожжено въ Москвѣ, на Болотѣ. Самъ царь Алексѣй Ми- хайловичъ, желая служить примѣромъ, устранилъ съ своей свадьбы всѣ «свадебныя потѣхи» и увеселялся однѣми «церковными» пѣснями. Однако царскіе указы пришлось повторить въ 1652 и 1657 годахъ. Видно, общество не особенно охотно разставалось съ привычными уве- селеніями, требовались повторныя напоминанія. Правительственнымъ распоряженіемъ объявлялась вышедшей изъ оби- хода цѣлая литературная традиція. Русская пѣсня, лирическая и эпиче- ская, сказка и загадка, скоморошья присказка и потѣха, выражавшаяся ряженіемъ, пляской, игрой и наивными драмаіическими композиціями, объявлены были «непристойными». Это объявленіе цѣлаго культурнаго наспѣдія отжившимъ должно было предполагать какъ бы начинаюш;ееся господство другого. 'Дѣйствительно, съ іббо года подготовляются «театральныя дѣйства». Выполненіе ихъ въ XVII вѣкѣ уже извѣстно. Царь, изгонявшій всякаго рода увеселенья, самъ явился иниціаторомъ театра, потѣхи заморской и, въ суш,ности, такой же скоморошьей. Для обш,ества она была, однако, менѣе понятной и болѣе грѣховной. Не очень то охотно на первыхъ порахъ отдавали подъячіе дѣтей своихъ въ театральныя школы. Какъ согласить такое поведенье царя? Неужели прежнія увеселенія, выросшія на родной почвѣ, были, въ самомъ дѣлѣ, грѣховнѣе инозем- ныхъ? Вѣроятно — нѣтъ. Не о грѣховности ихъ говорили указы половины XVII вѣка. Дѣло заключалось въ томъ, что на смѣну одной литературной шко- лы являлась другая, новая и болѣе модная. Прежней поэзіи стала проти- вополагаться виршевая, въ частности драматическая, пришедшая въ Москву вмѣстѣ съ моднымъ польскимъ языкомъ и кіевскими учеными писате- лями. Симеонъ Полоцкій, воспитатель царевичей въ наукахъ, а царя — во вкусѣ, въ достаточной степени могъ убѣдить послѣдняго въ преимуще- ствахъ кз^льтурныхъ увеселеній надъ некультурными. Тянувшееся къ За- паду Московское госз'-дарство легко пошло за новизною, и, какъ адептъ, не только перенимало чужое, но и запреш,ало указами старое свое. При- мѣръ — не единственный: XVIII вѣкъ даетъ много указаній на то, какъ европейскія нововведенія ставились на мѣсто уничтожаемыхъ указами ста- рыхъ русскихъ обычаевъ. Указы половины XVII вѣка представляютъ, слѣдовательно, важный переломъ въ исторіи русской поэзіи и увеселеній. И та и другія, будучи сначала достояніемъ всего обш;ества^ «людей всякихъ чиновъ», волей-не- волей должны были уйти изъ культурныхъ слоевъ, спуститься ниже, онѣ стали въ полномъ смыслѣ слова — «народными». У народа оии и хранятся, поскольку- мѳгутъ- быть запоминаемы и развиваемы; Поэзія ушла на украй- ны, а увеселенія продолжаютъ донынѣ суш;ествовать въ пережиткахъ ря- 11* Ь