— 48 — ■своими приказами въ суздальскихъ вотчинахъ уничтожилъ расколъ и всякое поступаніе крестьянъ противъ заповѣдей и такимъ образомъ привелъ-де вг.іьхъ ѵхъ въ благочешіе. Но только для прочности дѣла опять проситъ самого вла- .дѣльца послать отъ себя еще по этому предмету подтвержденіе. Ужели и эту новаго рода поэзію могъ Суворовъ вмѣнить адвокату въ заслугу? Хвалясь тѣмъ, что онъ стремительно дѣйствуетъ по возвращеніи дворовыхъ людей отъ Сатина, давно купленныхъ у него Суворовымъ, и для этого-де-имѣетъ адвоката на свой жоштъ, который изъ Тулы въ г. Крапивну разъѣзжаетъ непрестанно два года, и смотритъ, какъ эти дворовые по прежнему живутъ у Сатина въ жестокомъ заключеніи (въ Крапивенскомъ уѣздѣ), Тереньтьевъ признается въ необходимости ходатайствованія въ дѣлѣ этомъ непосредственно самѳму владѣльцу. Съ этою цѣлію онъ проситъ Суворова послать ему самому отъ его фамильной особы челобитную къ тульскому намѣстнику Михайлѣ Никитичу Еречетникову, дабы онъ неукоснительно и неослабно настоялъ и повелѣлъ выслать сихъ песчастныхъ дворовыхъ людей *). Какъ извѣстно, А. В. Суворовъ, кромѣ Бога и великой Государыпи, ни предъ кѣмъ не преклонялся и тернѣть не могъ дичныхъ ходатайствъ ни у какого земнаго начальства, тѳ слѣдовательно такой реляціи, кромѣ расходовъ, Тереньтьевъ дѣлалъ ему и новую ненріятность . Не задолго предъ симъ, по требованію Матвѣича, нужно было отнестись ему простымъ просительнымъ письмомъ къ московскому губерпатору по какому-то певажному дѣлу, но только непосредственно и непремѣнно самому. Суворовъ обѣщался это сдѣлать. Но, долго промедливъ, отвѣтилъ наконецъ Матвѣичу: „мнѣ къ губернатору писатъ ниско, такъ работай ужъ Матвѣичъ самъ. Можешь подарить *) Въ послѣдствіи этихъ несчастныіъ присіади въ имѣніе, но всѣ они быди заражены нетерпимой въ общежитіи болѣзнью, и владѣльцу пришлось много еще тратиться на доктора и медикаменты.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4