— 22 — незнакомое военному чедовѣку дѣло хожденія по приказамъ, требовавшее въ то время большаго ума и сноровки. По дѣламъ тяжебнымъ и судебнымъ Александръ Васильевичъ много перенесъ хлопотъ, расходовъ и душевныхъ томленій. Ему, какъ человѣку огневаго характера, свершавшему все моментально, было тяжело бороться съ ябеднымъ медленіемъ тогдашнихъ приказныхъ людей. Затѣмъ. у него въ это время были болыиія непріятности съ крестьянами своими, непонимавшиыи цѣли его общеполезныхъ pacnopflffleHiS*. Хотя и тихо, но безпрестано и отовсюду, въ своихъ челобитныхъ онп давали ему чувствовать, что при покойномъ его родителѣ имъ было проще и лучше. Александръ Васильевичъ постановилъ въ это время, однажды навсегда, правиломъ, чтобы нп въ одной изъ его вотчинъ людей не отдавали натурою въ рекруты, а покупали бы для этого охотниковъ со стороны. Какъ человѣкъ, знакомый съ законами возрастанія и убыди населешя и, наконецъ, просто, какъ экономъ, онъ, къ нрискорбію своему, замѣтилъ, что въ его вотчинахъ оказалась ничтожная нрибыль, въ промежутокъ между 3-й и 4-й ревизіей. Имѣя почти 40 лѣтъ дѣло съ войсками и компаніями, походами и прочими воинскйми трудами, онъ по личному опыту зналъ, какъ тяжела была людямъ тогдапшяя военная служба, безъ нынѣпшихъ дорогъ и телеграфовъ, съ одними кремневыми ружьями. Дюбя крестьянъ искренно и дорожа ихъ благополучіемъ, столь дуренъ, что весь желудокъ мой имъ перепорченъ. Купи мнѣ и пришли чаю наилучшаго, какой тоіьео ѳбрѣтаться можетъ.... чернаго купи, какъ бы тебѣ дорогъ ни показалея ... выбери его чрезъ знатоковъ, да перешди его ко мнѣ очень сохранно, чтобы посторонняго духа онъ отнюдь яе набрадея, а соблюдалъ бы свой дуіъ. вееьма чистый. Отъ нюхательнаго табаку, тобойприсланнаго, у меия голова болитъ... чрезъ знатоковъ купи табакъ; смотри исправноі внутрь, а не на обертку, чтобы не была позолоченая ослиная голова.... вино тожо твое дурно; но ужъ быть такъ....» (къ вину,какъ вадно, Суворовъ юлоденъ; но къ чаю и табаку—нѣтъ).
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4