Глава седь/лаяИаматники, сохранившіеся о генералиесимуеѣ Суворовѣ въ его вотчинахъ, и признательная къ нему память нашего XIX вѣка. —Закдюченіе. ЖЖреданіе здѣшнее говоритъ, что Суворовъ, какъ самъ любилъ разводить всюду въ имѣніяхъ фруктовые сады, такъ рекомендовадъ это всегда и своимъ крестьянамъ. Сколько ни тяжелъ климатъ Новгород. губерніи для яблонь, вишенъ и лрочихъ фруктовыхъ деревьевъ, однакожъ, какъ въ самой Кончанской усадьбѣ, такъ и на усадьбахъ многихъ здѣшнихъ крестьянъ, сады эти, разводимые но идеѣ владѣльца, сохранились до сихъ поръ. По многимъ деревнямъ Кончанской вотчины потомки современниковъ Суворова наслѣдовали и охоту къ ихъ разведенію. Такъ, въ с. Кончанскомъ, деревняхъ: Дубьѣ, Сменковѣ, Хрепугинѣ и Нивѣ, эти сады и теперь на лицо. Правда, много они нотернѣли отъ морозовъ г отъ разныхъ неремѣнъ съ ихъ хозяевами, но все-таки не исчезли вмѣстѣ съ минувшимъ- вѣкомъ. Преданіе относитъ ихъ начало прямо къ генералиссимусу. Письменные памятники также свидѣтельствуютъ, что Суворовъ выписывалъ яблочныя сѣмяна изъ Москвы фунтами. Въ Кончанской церкви хранятся два кіота, изъ которыхъ въ одномъ собраны разнообразныя орденскія ленты генералиссимуса, а въ другомъ ордена его и часть фельдмаршальскаго жезла. Всего же важнѣе въ нослѣднемъ кіотѣ—^это
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4