I — 13 — тельствѣ онъ не любилъ вспоминать и никогда о причинѣ своей ссылки ничего не разсказывалъ. Въ его послужномъ спискѣ записано такъ: „по окончаніи курса въ Иаператорскомъ Казанскомъ университетѣ со степенью кандидата, въ службу вступилъ въ Пермскую гимназію и. д. старшаго учителя исторіи и статистики въ тысяча восемьсотъ тридцать восьмомъ году, августа десятаго". Такъ началась служабная карьера его. Затѣмъ ниже, въ томъ же послужномъ спискѣ, записано: „Поручено исправленіе должности учителя французскаго языка въ начальномъ классѣ гимназіи съ половиннымъ окладомъ жалованья". Практически онъ хорошо зналъ французскій языкъ, выучившись говорить по французски дома отъ матери. Далѣе въ послужномъ спискѣ записано: „Утвержденъ учителемъ статистики и исторіи" и ниже— „по прошенію перемѣщенъ къ той же должпости въ Нижегородскую гимназію мая 25 1839 года". Такимъ образомъ въ Перми прослужилъ онъ менѣе году, въ это время имъ написанъ первый литературный опытъ, сразу обратившій на него всеобщее вниманіе —„Дорожныя записки на пути въ Сибирь", помѣщенн. въ „Отечественныхъ Запискахъ". Черезъ два года по возвращеніи въ Нижній на 23 году женился онъ первымъ бракомъ на дочери арзамасскагс помѣщика Лидіи Николаевнѣ Бѣлокопытовой. Многіе знавшіе его семейную жизнь того времени, говорили, что бракъ этотъ не былъ изъ счастливыхъ, при чемъ въ семейныхъ, будто-бы, неладахъ обвиняли его. Самъ онъ как-то мало вспоминалъ о своей первой женитьбѣ и почти ничего не говорилъ о первой женѣ своей, когда же съ нимъ заговаривали объ этомъ, онъ неохотно отвѣчалъ и старался перевести разговоръ на другое, однако изъ переписки съ женоп во время одной поѣздки его въ Петербургъ, не замѣтно, чтобы ихъ отношенія были нехороши, особенно письма Л. Н. дышатъ нѣжной заботливостью. Наконецъ, живя въ Москвѣ, уже на моей памяти, онъ поддерживалъ самыя дружескія отношенія съ одной изъ близкихъ родственницъ Л. Н., нѣкоей княгиней Кугушевой, чегй, вѣроятно, не могло бы быть еслибъ онъ, какъ говорили злые языки) слишкомъ деспотично относился къ своей первой женѣ. Замѣчательно всетаки, что и въ бесѣдахъ съ к. Кугушевой отецъ почти никогда не вспоминалъ о Л. Н—нѣ; Письма Лидіи Николаевны всѣ полны жалобъ на свое слабое здоровье, на постоянные недуги, жалобъ на слабое здоровье и постоянныя болѣзни дѣтей, которыхъ отъ перваго брака отца было семь человѣкъ и которые всѣ умирали въ дѣтскомъ возрастѣ. Л. Н. была слабое хрупкое существо, она вѣчно сидѣла дома, никуда не выѣзжала и вся погружена была въ семью. Между тѣмъ отецъ вскорѣ оставилъ свою учительскую службу, которой всегда тяготился, не чувствуя никакого призванія къ педагогической дѣятельности. По понятіямъ того времени положеніе „неслужащаго дворянина" было болѣе чѣмъ двусмысленно. Въ тѣ времена всѣ служили и всѣ были чиновниками. Онъ долженъ былъ искать службы
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4