12 i отецъ былъ бойкимъ, резвымъ ребенкомъ, а поступивъ въ гимназію, верховодилъ надъ своими товарищами, которые охотно ему гювиновались. Въ біографіи, составленной Усовымъ, упоминается одинъ эпизодъ изъ его гимназической жизни, эпизодъ, чуть было печально не отразившійся на немъ. Гимназическое начальство провѣдало, что гимназисты, во главѣ Мельникова, гдѣ-то тайно собираются; выслѣдили и накрыли цѣлое сборище въ Сѣверной башнѣ кремля. Вообразили Богъ знаетъ что, чуть ни заговоръ, но дѣло разъяснилось: гимназисты собирались для чтенія Шиллера и другихъ нѣмецкихъ классиковъ; башня служила аудиторіей и сценой. Въ 1834 году кончивъ гимназію, онъ поступилъ въ Казанскій университетъ на словесное отдѣленіе. Тотъ-же Бестужевъ-Рюминъ, тоже впослѣдствіи студеитъ Казанскаго университета пишетъ слѣдующее: „Словесное отдѣленіе Казанскаго университета тогда (т. е. во времена отца) не блистало талантами: русскую исторію читалъ чудакъ Булыгинъ, русскую словесность—Суровцевъ, физику—Климовъ, греческій языкъ—Грацинскій, отличавшійся даромъ неумѣть ничего передать, что я знаю по горькому опыту, и Мистаки, оставившій по себѣ воспоминаніе классической тупости и попавшій въ профессора только потому, что былъ учителемъ въ домѣ Ипсиланти. Не смотря на то, что профессора были не блистательны, Мельниковъ умѣлъ кое что вынести изъ университета: онъ съ благодарностью вспоминалъ нѣкоторыя историческія воззрѣнія Булыгина, увлекался изложеніемъ персидскои исторіи Эрдмана". Несмотря на довольно печальное, по отзывамъ современниковъ и отчасти самого отца, положеніе словеснаго факультета Казанскаго университета того времени, вышла оттз^да „цѣлая плеяда", какъ выражается Бестужевъ, даровитыхъ людей современниковъ и однокашниковъ Мельникова. В. П. Васильевъ, тоже нижегородецъ и товарищъ отца по гимназіи, впослѣдствіи извѣстный синологъ, И. Н. Березинъ, впослѣдствіи профессоръ арабскаго языка, Чубиновъ —профессоръ армянскаго языка, Артемьевъ, Огородниковъ, Второвъ—ученые статистики, Диттель, К. О. Александровъ-Дольникъ— филологъ. Въ студенческіе годы отецъ, очевидно, былъ не чуждъ нѣкоторыхъ увлеченій молодости. Письма къ нему моей бабушки полны увѣщаній вести себя скромнѣй, а иногда и укоривъ особенно за излишнюю трату денегъ. По окончаніи курса въ университетѣ, вмѣсто того, чтобы, какъ предполагалось, отправиться за границу на казенный счетъ вмѣстѣ со своими выдаюшимися сверстниками, отецъ, какъ извѣстно,*) неожиданно попалъ за что-то въ административную ссылку въ Пермь, гдѣ и долженъ былъ, какъ бывшій казеннокашный студентъ, отслуживать извѣстный срокъ въ должности учителя. Объ этомъ обстоя- *) См. біографію изд. Вольфа. \ - к._ *' Ж^г: -Il^T^IZ*:
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4