b000001849

— Оленъка, чай шиъ!.. Рояль оглушительно взревел, точно уда- рили сразу по всем клавишаім, хлоошула крышка, и в столовую вошла раока.чиваіо- щейся походкои тощая девушка с глубакими сишши глазницами. — Окорей бы уехать... Надоело. Такая глушь! Она эаломила над головой тошше руки и Хірустнула пальцааш. -- Все надоело так!.. Отец прявлж ее к себе, поцеловал в блед- ный, глвдішй, словно у шкойшжа, люб. — Ну вот уж и надоело... Возле отца с матерыо иедоело! Ай, я-яй!.. Мроша-то ии- куда не денется. — уедѳшь. В это время вошла горничная и скаеала: — Барин, вас челоівек прооит... — Кто? — ■ строго опросил Багканов, до- саідуя за то, что прервали . его беседу с до- черью. — Говорнт, вы знаете... Оами, говорит, прооили доложить. Багканов на оеі:унду задумался. — Ах, да, — ■ я оейчас!.. — окавал он дочери, сажая ее за стол. В слабо оавѳщенной прпхожей ждал его Степанов. Он был Бовоуждѳніный, непохожий на себя. Лицо его., потное и жаркое, кавалось • _ " *■ • ... ■ • ' 78