b000001849

— • Когда теперь еще приедешь? — оиро- сил Дубков, прѳрывая обоюдное молчаіние. Михаил ответил не cpasy. — ■ Домон вот хочу съевдить, повидать своих ребят. А потом оиять ч заварну свда. Ваша фабрика самая тяжѳлая иа подъем, хлопот много... Но я уж не отстушшсь. Надо рабочих подыматъ... Молгаать вам бодіьшс нельзя. Надо раѳъяснить раібочим. что елабых всегда быот. Они подош.тги к фабржке. Возле яркях оиней иочь казалась еще черяее. — ■ Гляди, осторожней раздавай... лиотов- ки-то. — Постараюсь, Миха^ил Ишатич. Тѳрѳшшй інырнул в щроходные ворота, как в гуліііую пасть ночи. Возвращаяюь, Лакин удовлетіворенно ду- «'ал о том, что дело выійідет, что ліоди есть и партийная груипа здесь все-таки будет соз- дана. Иначе и бнть не может. Людей, готовых к длительной борьбе, создают сами каторж- ные уюловня работы на фабрике. В доме Бурдакова лояотлись рано опать. Ащцрѳй Васильеівич стоял на коленях перед икіонами, что-то шеича тороплжюе, бесшяз- ное. Когда он кланяшюя, кости ето пощелки- валаа:, как, в стуіпе стебли сухого табака. Заметив Лаікнна, он троекратно переікре-' 68