b000001849

— Какой-к) был незнааадімий челов&к. — 0 нем оня говоржлн? — He слышал. Они б чайную ушли раз- говаривать. ~ Надо было узнать... На все-хитер. a здесь не нашелся. Андрей Вашльеівяч пірищурил глаза, как зіровияившийся EOT. — А кто cm ташю? — ■ Агитатор. Оправаднгь надо этого чело- века. Поіштно? Чтоб духу его нѳ было в Уя- долі-. Оам Родаон Пваныч обэтом нажазьшал. — Да, может, он ^ольше и не придет? — Этот придет. Он весь уезд взбулгачнл. — А что делать? -- Ничего... Как ирвдет, — скажи мне. Бурдаков понял то, что и следовало ему лонять. Если этого хочет сам Важаінов, зіна- чит надо оделать... Он високо ценил бажалов- скую добродетель, так же, как и зять вго — Стсііанов, которому Родион Иівановнч вы- строил за усердиѳ пяшстенную избу. Такоо счаотье не всяісому дается, не всякюму дозвс- лено бывать у Бажанова на крыльце дома, a вот зять еіго бшает и в прихожей. Андрей Васильевич толкнул заднюю ка- литку. Она была зшѳрта. Нажал плечом — не подадется. «Креіжо живет-», — подумал он.