b000001849

нице мокрая. Оотрые ярііатки двигались лоя- рубахой. Большие уши торчали в стороны, будто ручки рукомойника. Андрей ВасильеіБИч убрал ступу, вынес меішк с махрой в сени, чтоб «не пересохла;>. и воцросительно сказал: — А не желаете ли чайком согреть всхре- чу-то? . Лашша обрадовало это вмешательсгоо ета- рика. Оно было очень встати-. Он уже сам хотел предложить Бурдажову сходить в чай- ную, куіиггь чѳго-нибудъ на закуюку. Віму хо- телось хоть на полчаса побыть с Дубковым наѳдипе в комнате, чтобы поговорить о том,. ради чего он приехал сюда, в Ундол. — Это хорошо — чайком-то погреться. — оживленно отозвался Лакин. — Это в самык раз... Молодец, Андрей Ваоилич. Ну-ка, иди г ііринеси баранок да хорошенькую селедочку. Он дал старику деиег. Тот завернул се- рѳбро в платок, опустил его в глубоішй кар- ман шчииной шубы и, не вынимая на карма- па руки, предупреідительно сказал: — Баранок достану, а селіедочку — изви-- ни.., могу не потрафить. У насони тощие, іжавчиной пахнут... Здвсь не то, что в городе Владимире: там вое можно по душе найти, Быівал там... И обращаясь к ностояльцу: ti