__ 171 _ Вы, дорогой' сосед, кажется весьма ошибаетесь, дуыая что „излюбленные гѳрои" Успенского 1): недалекий автор 3-х писем, купчиха, прозревшая и учащая деревенских ребят, барин, пекущийся об образовании крестьянских детей и увлекший за собой сына барчука. Нет, Вы ве правы. Успенсігий изображает просто неприкрашенную жизненную трагедию, его симпатии не на стороне этих деятелей (несомненао очень полезных, симпатичных, с прекрасной душой), а на стороне других, наііример, „товарища", к которому пишет автор 3-х писем, Крамольников (если не ошибаюсь), „Не воскрее" и другие. Перед Крамольниковым теоретиком, мечтающим о пшрокой общественной деятельности, вдруг выскочил безобразный „вопрос" о защите маленького, несчастного мальчика рабочего, за которым устроили погоню хозяевааемцы, поймали. „Поди-ка, поаробуй, защити его"... —И „майко" тебя же обругает, потому ей есть иадобно... Эхо „безобразный" ' вопрос, тут колебаний „не доджно" быть, а они есть и непреодолимыѳ. В последние два страшные года масса лучшей, с „золотыми сердцами" молодежи кинулась кормить дѳревню, спасать от тифа и холеры... Они кормили Гришу, а брату Грише —Васе, голодающему, плачущему—отказывали в пайке—„до завтра", ибо хлебушка нет для всех... Проклятье. Да тут с ума можно было сойти. Посмотред бы я на „иностранца"—что бы с ним стало, если бы' он натолкнулся случайно не на одну группу детей одного семейства, а на две или на три. В том-то и дело, что он уперся в стену лбом и... Да, в деревне жить невозмозкно—тут, хотя будь с самыми спокойными нервами—не выдержишь—это я испытал на себе, хотя жил в деревне, не захваченный в современный водоворог разорения деревни. Просто страшно там жить! Дети умирают без помощи от поноса. Врач дал мне целую аптечку и инструкции для лечѳния. Все свободное от обязательных занятий время я бегал по болъным —ко мне с утра приходнли с детьми за лекарствами. Ну, что ж я мог сделать? Ничего. Осталось только горькоѳ чувство стыда и приниженности. 10 человек (в том числе и кормильцы семей) из моих пациентов умерли, не было хорошого присмотра (грибами окормили, квасом опоили, не было необходимой пищи)... ') Во 2-м томе полного собрания сочинений Гл. Успенского помещены под общим заглавием „Новьіе времена, новые песни" два рассказа: „Не воскрее" и „Три письма". Герой второго и есть „иностранец". Это тип человека „малых дел", противополагаемый Успенским герою „Не воскрее". „Майко" —по-сербски „мать": несчастным мальчиком в рассказе Успенского был маленький серб. Ред.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4