— 132 — случится непоправимое... Узнав от девочки, что Н. Е. пошел в падь, мы с бывшим у нас в то время тов. Годьдбергом бросились его догонять. А. М. Лежава, бежавший вперѳди других, издали замѳтил его сворачивающим с пашни в лес. Добежав до леса, он окликал его, просил остановиться... Через несколько мгновений вблизи за деревьями раздался револьверный выстрел и затем стон... Н. Е. целился в сердце, но пуля прошла несколько ниже, задела, повидимому, желудок, селезенку, почку и застряла в позвоночнике. Перенесенный в избу ближайшего товарища, Н. Е. прожил еще часов 9 и скончался от паралича сердца, вызванного внутренним кровоизлиянием . Почти до последнего момента он сохранял сознание и все время говорил, прощаясь с каждым товарищем в отделъности, делал последние распоряжения относительно своих рукописей и очень волновался, что остается должен лавочнику несколько рублей, для уплаты которых просил продать его книги. Другого имущества у Н. Е. не было. „Нет больше сил: с 17 лет по тюрьмам иэтапам... 10 лет такой жизни подорвали силы... Сейчас много работы и работы интересной... Надо работать, a я работать нѳ могу... А жизиь так интересна, так хочется жить... Но, нет, нельзя!.." —вот приблизительно его собствениые слова, которые сохранились у меня в памяти и которые характерны для его настроения, приведшего к такому концу. Товарищи, отправившиеся в полицию заявлять о смерти Н. Е.,узнали, что там получена бумага о переводе из Архангельска в Верхоленск невесты Федосеева, М. Г. Гопфенгауз, которая, как известно, тоже застрелидась через несколько месяцев после смерти Н. Е. О ее переводе в Верхоленск, какивообще о ней, Н. Е. ни с кем.из товарищей никогда не говорил. Па вопросы о его близких и родных, он отвечал, что никого нет кроме сестры. Иногда по приходе почты он говорил, что получил письмо ог сестры и сообщал какиепибудь новости из Архангельской или Вологодской ссылки. Ни имени, ни фамилии своей сестры Н. Е никогда не называл. Ж. Лежава.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4