— 125 — Ни убеясдения верхоленцев, ни многочислѳнные письма и» разных концов Сибири от его товарищей по московской тюрьме и этапу не могли успокоить Н. Е. Он был задѳт очень больно. Мысль, что рабочие его обвинили (в груіше Юхоцкого было несколько малосознательных рабочих), —для него была непереварима. К тому же Н. Е. являлся представителем своей группы, поручившей ему принять все меры к реабилитации ее. И вот с первого же дня приезда Н. Е. Верхоленская кодония была втянута им и Юхоцким в это дело: они потребовали от верхоленцев самого тщательного ознакомления с делом и их заключения. Попытка колонии отказаться от разбора дела заставила Н. Е. вызвать Юхоцкого на дуэль, а когда тот отказался, искать встречи с ним, чтобы его убить. Волей-неволей, чтобы предотвратить убийство и гибель 2-х человек, Верхоленской колонии пришлось взять на себя тяжелую миссию суда над Федосеевым и Юхоцким. Начались бесконечные заседания, допросы, протоколы... Малопо-малу почти вся Сибирская ссылка была вовлечена в это следствие... Исписаны были цедые кипы бумаги. И хотявся колония без исключения ни минуты не сомневалась в правоте и нравственной чистотѳ Н. Е., разбирательство дела его с Юхоцким продолжалось, насколько помнится, около двух мѳсяцѳв и^закончилось, конечно, полной реабилитацией Н. Е. и всей его группы. Все это время Н. Е. находился в страшно нервном, возбужденном состоянии, ни о чем другом оннемог нидумать, ни говорить, вел обширнуіо переписку с другими городами все на ту жо тему и всеми силами старался ускорить сдѳдствие. После нашей резолюции Н. Е. сразу ожил, повеселел, начал всем интересоваться и усиленно заниматься. Но это продолжалось недолго. Его враги, неподчинившиеся нашему постановлению, нѳ дремали и вскоре Н. Е. начал получать письма из разных городов от сторонников Юхоцкого. Н. Е.—чѳдовек в высшей стѳпени чуткий и деликатный—уже не хотел более занимать внимание и время товарищей своим делом и повел его сам. Только иногда в минуты откровенности он рассказывал содержание полученвых им писем и называд их авторов, при этом волаовался невероятно. Ипогда проходит неделя, другая —ничто не напоминает о злополучном деле: писем нет, Юхоцкий, поселившийся на другом конце города, на глаза не попадается, и Н. Е, •т '■- **>&***%*>.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4