b000001822

— 28 лый трудъ съ краткимъ отдохновеніемъ ночью занимали все врелш иноковъ. Хотя и сіудное, но необходішое пропитаніе онп долягны были добывать трудами рукъ своихъ; никто, кромѣ Бога, не помогалъ имъ, да никто почти и не нару- шалъ ихъ уединенія: нушно было обо всемъ необходимомъ заботиться имъ самимъ. Впрочеыъ скудость пустыни ихъ не сокрушала, напротивъ она была желательна и вожделѣн- на для нихъ. Сильнѣе они чувствовали недостатокъ въ томъ хлѣбѣ насущномъ, который необходимъ для внутренняго че- ловѣка и который нренодается въ божественномъ таинствѣ Евхаристіи, такъ какъ у нихъ некому было совершать этихъ таинствъ. Братія и особенно схимоиахъ Меѳодій (всѣхъ кромѣ Иларіона было 4 человѣка) начали усиленно просить іеро- діакона Иларіона, какъ достойнѣишаго, принять на себя свя- щенный санъ іеромонаха. «Святые отцы», говорилъ съ искрен- нимъ смиреніемъ Иларіонъ на эти просьбы иноковъ, «я нришелъ къ вашей святынѣ всѣмъ сердцемъ поработать и о грѣхахъ моихъ понлакать, а не сана взыскивать». Однако послѣ усиленныхъ просьбъ, въ концѣ концовъ, долгкенъ былъ согласиться и самъ разсудивши, что, дѣй- ствительно, кромѣ него въ пустыни некому принять санъ священства, такъ какъ иноки были «простцы суще», меж- ду тѣмъ какъ натріархъ Никонъ, желая возвысить уровень нравственности духовепства, требовалъ отъ каждаго став- ленника, «чтобы онъ грамотѣ умѣлъ, и смиренъ и церковному правилуискусенъ йотъ боягественныхъ книгъ сказателеыъ» 1 ). Этими требованіями онъ предоставидъ руководствоваться епархіальнымъ архіереямъ, и самъ, конечно, иснолнялъ ихъ во всей строгости, иронзводя самолично нсиытаніе каждому ставленнику иредъ посвященіемъ. і) А. Э. т. IY, № 331. ш