к? С-50 і^Ш кр 5^5с) / ^^'- ^і 7Y . ( ! 7 U і~(- £и "/І'/і і '■ ■ ct L С ■С Li. ' , / 'С ' '■.■;(' : < / " /l/H < ft : . ■ ■■ U. ■/$0'l шщмщшшшшшшв шг
ЛИСТОК СРО щш\ КНИГА ДОЛЖНА БЫТЬ ВОЗВРАЩЕНА HE ПОЗЖЕ УКАЗАННОГО ЗДЕСЬ СРОКА Колич. пред. выдач ■■І2. ___ > ч 1 ASbfg ітоі ' сІНЦ
СІ сЛУ SB) ОУс. о/д. Юми/іыо-бъ. МАТЕРІАЛЫ ДІ1Я ИСТОРІИ ІЕДИЦИНЫ ВО ВЛАДЙМІРСКОЙ ГУБЕРНШ. і Г ъ Т Еб л ^а. дза: зѵе іі" те». Типо-Литографія Губернскаго Правленія. ІООІ.
cr5 ^, fr If VV. Г9С -ЬЭ. Отдѣльные оттиски изъ№№44 и 45 Влад. 1 уб. Вѣд. 1901 г. j ВЛАДЫ іімеіѵ..,-. ^ ЫшИ TTiriiMi'liiii і іііім ^pb&S^Vw \\ fu
■ лѵс ^т Е:р і ajo: ьх ДІ1Я ИСТОРІИ МЕДИЦИНЫ ВО ВЛАДИМІРСКОЙ ГУБЕРНШ. Надо полагать, современемъ будетъ написана исторія медицинскаго дѣла въ нашей губерніи. Чтобы хотя нѣсколько облегчить трудъ будущаго историка, я намѣренъ опубликовать нѣкоторыя данныя, характеризующія положеніе этого дѣла во Владимірской губерніи въ самомъ началѣ XIX столѣтія,— именно относящіяся ко времени учрежденія въ губернскихъ городахъ, въ томъ числѣ и во Владимірѣ, врачебныхъ управъ. Послѣднія учреждены, на основаніи Высочайше конфирмованнаго доклада отомъ Государственной Медицинской Коллегіи, 19-го января 1797 года. Государственная Медицинская Коллегіяг во исполненіе инструкціи, именно пункта 3-го, данной вмѣстѣ съ утвержденнымъ докладомъ, 23-го февраля 1797 г. опредѣлила во Владиміръ дивизіоннаго штабъ-лѣкаря^ коллежскаго асессора Ивана Слонецкаго инспекторомъ, а Московской губерніи—доктора Вильгельма Гальлидая —операторомъ, съ жалованьемъ 700 руб. для инспектора и no 500 руб. для оператора и акушер
4 должность акушера на первыхъ порахъ не была замѣщена. Однако до половины того года Врачебной Управы собственно не было. Коллегія только въ маѣ мѣсяцѣ (7-го числа) сообщила, что она обратилась къ губернатору объ отводѣ помѣщенія для Управы: „пристойнымъ числомъ покои назначить и снабдить оное надлежащимъ"; Губернское Правленіе исполнило чрезъ мѣсяцъ только „снабженіе пристойнаго числа покоевъ", —комнаты велѣно было отдать въ вѣдомство инспектора. Для этихъ комнатъ инспекторъ требовалъ: столъ, покрытый сукномъ съ зерцаломъ, съ чернильницею, съ подсвѣчникомъ и настольною печатью; для присутствующихъ пять стульевъ, столъ и одинъ стулъ съ чернильницею для писаря, для письменныхъ дѣлъ шкафъ или сундукъ, стѣнные часы съ принадлежащимъ, писаря и сторожа, да денегъ для мелкихъ расходовъ 80 руб. и для разъѣздовъ 200 руб. Губернское Правленіе, однако, нашло возможньшъ: велѣть сдѣлать печать въ г. Суздалѣ тамошнему купцу Силину, въ приказные опредѣлило губернскаго регистратора Дм. Соболевскаго, а относи- t тельно вещей отозвалось, что онѣ послѣ упраздненныхъ судебныхъ мѣстъ находятся во владѣніи Казенной Палаты. Оттуда эти вещи и были переданы. Вскорѣ по открытіи Управы, операторъ Гальлидай уволился отъ службы въ іюлѣ 1797 г., и должность его была замѣщена только 1-го января 1798 г. Калужской губерніи, Жиздринскаго уѣзда штабъ-лѣкаремъ Іоганномъ Фридрихомъ Невіандомъ, съ тѣмъ же окладомъ въ 500 руб.; послѣ ухода Гальлидая, члена Управы замѣнилъ
находившійся во Владимірѣ д-ръ Іоганнъ Фридрихъ Людвигъ 1{аппель, который ЗО-гоапрѣля І798~г. былъ опредѣленъ акушеромъ, Врачебной Управы до 1797 г. не былог но врачи по городамъ, и даже въ нѣкоторыхъ имѣніяхъ, уже были въ это время. Такъ, когда Управа въ концѣ іюня 1797 г, запросила свѣдѣнія отъ врачей: „изъкакихъ они чиновъ, объ искусствѣ ихъ и знаніи, о поведеніи и добропорядочности службы", то откликнулись: изъ Юрьева —лѣкарь Антонъ Лаврентьевъ Зехтинъ, изъКоврова —бьтвшій въ отставкѣ штабъ-лѣкарь Карлъ де-Розенталъ, изъ Киржача—уѣздный лѣкарь Барвертъ, изъ Суздаля —штабъ-лѣкарь Христіанъ Богдановичъ Штельцель, изъ Переславля —штабъ-лѣкарь Ив. Виліандеръ, изъ Судогды —находившійся въ отставкѣ лѣкарь Антонъ Пахалинъ, изъ Вязниковъ—лѣкарь Ив. Минаевъ, изъ Мурома—лѣкарь Яковъ Іірамеръ. Кромѣ того, изъ сообщенія Медицинской Коллегіи отъ 30-го апрѣля 1797 г. видно, что во Владимірѣ былъ лѣкарь Іоганнъ Христіанъ Флоріши, который переведенъ въ Кострому, а на его мѣсто опредѣленъ дивизіонный штабъ-лѣкарь Севастьянъ Мецлеръ, съ жалованьемъ по 400 p.; 4-го іюня уволенъ изъ службы, по прошенію, за слабостью здоровья, находившійся въ гор. Гороховцѣ лѣкарь Александръ Крамеръ. 16-го іюля 179^. Врачебная Управа сдѣлала слѣдуюіцее распредѣленіе медицинскихъ чиновъ по губерніи: въ Юрьевѣ, Суздалѣ, Переславлѣ, Муромѣи Владимірѣ она оставила прежнихъ: Зехтина, Штельцеля, Виліанцера, Крамера и Мецлера, въ Вязники перевела изъ Коврова де-Розенталя, въ Шую изъ Судогды Антона Пахалина,
6 въ Гороховецъ изъ Вязниковъ—Минаева, въ Покровъ опредѣленъ изъ Александрова бывшіи въ отставкѣ лѣкарь Василій Венедиктовъ, котораго, какъ перешедшаго въ Шую, въ 1803 г. замѣнилъ Брезинскій; въ Меленки былъ назначенъ Петръ Хорохоринъ. Послѣ этого распредѣленія города —Судогда, Александровъ, Новровъ, какъ упраздненные, остались безъ врачей, Сдѣланное Управой распредѣленіе нѣкоторымъ врачамъ не понравилось. Такъ еще за недѣлю ранѣе, Коллегія сообщала, что лѣкарь въ г. Владимірѣ Петръ Хорохоринъ „за добропорядочную службуи представленную обсервацію" произведенъ въ штабъ-лѣкари, и. предоставлено ему просить о мѣстѣ, гдѣ пожелаетъ въ губерніи. Хорохоринъ просился въ Шую, но Врачебная Управа отказала и назначила его въ Меленки. Хорохоринъ ■30 іюля заявилъ, что ни въ какой другой городъ не желаетъ, и въ Меленки не поѣхалъ. Управа представила дѣло въ Крллегію и оттуда 2-го октября пришелъ указъ, въ которомъ сказано, что штабъ-лѣкарь Хорохоринъ, „какъ онъ оказалъ ослуніность начальству въ важномъ случаѣ...", изъ службы исключается. Болѣе счастливо отдѣлался также протестовавшій Минаевъ. Онъ жаловался на перемѣщеніе его въ Гороховецъ й указывалъ, что его желаютъ имѣть въ Вязникахъ. Коллегія оставила Минаева въ Вязникахъ, а переведеннаго туда изъ Коврова де-Розенталя назначила въ Гороховецъ. Но это перемѣщеніе скоро было измѣнено: еще ранѣе, 30-го іюля, Коллегія предполагала находящагося во Владимірѣ мушкатерскаго гарнизоннаго полку ПІурманова на лѣкарской вакансіи штабъ-лѣкаря,
7 Карла Будиха, назначить въ какой-нибудь городъ на докторскую вакансію, а на его мѣсто откомандировать изъ городовъ. 12-го ноября вспомнили объ этомъ и произвели такое перемѣщеніе: на мѣсто Будиха назначили Минаева, съ жалованьемъ, при деньщикѣ, 221 р. 80 к., въ Вязники—изъ Гороховца —де-Розенталя, а въ Гороховецъ — Будиха. Къ этому нужно добавить, что по справкѣ въ Губернскомъ Правленіи, прежде этого распредѣленія управой врачей по городамъ, въ гор. Юрьевѣ былъ еще на лѣкарской вакансіи штабъ-лѣкарь Романъ Стефановичъ, но онъ до распредѣленія ушелъ въ отставку и ему въ сентябрѣ 1797 г. была назначена пенсія по 150 р. въ годъ; въ Ковровѣ былъ лѣкарь Помо, но отъ службы уволенъ въ отставку; въ Меленкахъ до Хорохорина былъ Ѳедоръ Ейнбжодтъ, но онъ 19 іюня 1797 г. умеръ; въ городахъ Судогдѣ, Александровѣ и Ковровѣ, за упраздненіемъ городовъ, какъ уже было отмѣчено, врачи: Пахалинъ, Венедиктовъ и де-Розенталь находились до распредѣленія въ отставкѣ. Изъ дальнѣйшаго передвиженія по слул^бѣ и съ мѣста на мѣсто видно, что въ Муромѣ Я. Крамеръ „за представленную обсервацію., долговременную и добропорядочную продолжительную службу произведенъвъштабълѣкари". Въ февралѣ 1798 г. Юрьевскій городовой лѣкарь Зехтинъ, „желая продолжать службу по близости родственниковъ", просршъ перевесть его въ Гороховецъ, а Будихъ, узнавъ объ этомъ, просилъ о переводѣ въ Юрьевъ; перемѣщеніе состоялось въ мартѣ. Въ мартѣ 1798 г. штабъ-лѣкарь Егоръ Ивановичъ АндЬеев-
8 скій сообщилъ, что онъ состоитъ лѣкаремъ на Гусевскомъ желѣзномъ заводѣ Андрея Родіоновича Баташева. За уволъненіемъ отъ службы Хорохорина, Медицинская Коллегія считала въ Меленкахъ мѣсто свободнымъ и потому 10 февраля 1798 г. опредѣлила туда находящагося въ Малороссійской губерніи въ Стародубскомъ повѣтѣ, штабъ-лѣкаря Ивана Еибалъчича; но оказалось, что въ январѣ туда уже былъ опредѣленъ Врачебною Управою служившій прежде въ ар-^г міи и находившійся потомъ въ отставкѣ Андрей Мирновъ. Коллегія однако настояла на своемъ: „какъ Кибальчичъ старше по службѣ, писала она, —то его и опредѣлить, а если Меленковское общество желаетъ Мирнова, то Кибальчичу дать другое мѣсто". —За назначеніемъ Каппеля акушеромъ. (ВО-го апрѣля 1798 г.), уѣзднымъ врачемъ въ г. Владимірѣ былъ опредѣденъ штабълѣкарь Христіанъ Бухманъ, но онъ служилъ недолго, —17 ноября того же 1798 г. былъ уволенъ отъ службы съ паспортомъ, а на его мѣсто опредѣленъ морского корабельнаго флота штабъ-лѣкарь Максимъ Имшепецкій. —24-го октября 1800 г. на мѣсто акушера Каппеля былъ опредѣленъ лѣкарь Христіанъ Кистеръ, а въ мартѣ 1804 г. акуD шеромъ былъ уже Дмитріевъ-Байцуровъ. — s/у ^-24-го мая 1803 г. были возстановлены заштатные города: Александровъ, Ковровъ и Судогда, и на запросъ объ опредѣленіи туда врачей, Коллегія отвѣтила, что „такъ какъ въ медицинскихъ чинахъ настоитъ теперь важный недостатокъ, по этому эти уѣзды должны быть поручены врачамъ сосѣднихъ уѣздовъ". Однако видимъ, что въ началѣ 1804 г. въ Ковровѣ былъ врачемъ
9 • Густавъ Іілингенъ, въ Александровѣ штабълѣкарь Степанъ Томашевскій.—¥срошѣ отмѣченнаго, изъ перемѣнъ по службѣ извѣстны: въ 1805 г. въ Меленкахъ былъ лѣкаремъ Ив. Воронинъ, а въ іюлѣ 1806 г. тамъ уже никого не было. Вновь назначенъ былъ туда лѣкарь Лекоранскій въ 1825 г. —Служившій въ Суздалѣ Штельцель въ 1809 г. подалъ въ отставку и на его мѣсто опредѣленъ Ѳедоръ Андреевичъ Тонъ; однако онъ пробылъ здѣсь не долго—въ 1813 г, былъ назначенъ въ губернскіе врачи, а въ Суздаль въ 1814 г. опредѣленъ Мерцинскій, котораго въ 1817 г. замѣнилъ Роліановичъ, а въ 1825 г. —Чижевъ. —Бывшій въ Ковровѣ Клингенъ въ 1815 г. ушелъ въ Нерехту, и освободившееся мѣсто было замѣщено только въ 1819 г. отст. лѣкаремъ Виноградскимъ; его смѣнилъ въ 1826 г. Капсщинскій, но въ томъ же году передалъ должность переведенному изъ Вязниковъ Соловьевичу. —Въ Вязники въ 1809 г, опредѣленъ былъ Бернардъ Фаберъ, который въ 1817 г. сошелъ съ ума; его мѣсто замѣщено было только въ 1820 г. Соловьевичемъ, котораго въ 1827 г. смѣнилъ Палеховскій. —Въ 1817 г. въ Гороховецъ опредѣленъ былъ лѣкарь Навроцкій; ошзялось, что онъ отличался очень буйнымъ характеромъ, въ 1822 г. весь городъ держалъ въ страхѣ; за такіе подвиги его въ 1823 г. уволили, но мѣсто его замѣстили только въ 1825 х- —Бурковскимъ. —Ъывтт въ Юрьевѣ Будихъ уволенъ отъ должности въ 1817 г. — Въ Судогдѣ перваго врача, по возстановленіи города, встрѣчаемъ въ 1818 г., когда туда назначенъ былъ Скабѣевъ; въ 1822 г. его смѣнилъ [Бернгардъ, также пробывшій недолго. —Изъ перемѣнъ во Врачебной Упра-
10 вѣ можно отмѣтить: въ 1813 г. операторомъ былъ назиаченъ Ннитіеръ, авъ 1817 т.~Ланге. Инспекторъ Слонецкій былъ уволенъ въ отставку по прошенію, за старостію и болѣзнію, съ пенсіономъ въ 700 p., въ январѣ 1807 г. и на его мѣсто опредѣленъ Невіандтъ, служившій при Владимірской Управѣ операторомъ. Для характеристики врачебнаго персонала того времени нѣтъ почти никакихъ матеріаловъ. Я приведу только нѣкоторые факты, которые^ полагаю, все же могутъ давать хотя бы нѣкоторый намекъ на то, какіе были тогда врачи. Начну съ инспектора Слонецкаго. Только-что вступивъ въ должность, Слонецкій, какъ предсѣдатель Врачебной Управы, повелъ дѣло горячо и сразу потерпѣлъ пораженіе. Въ іюнѣ нужно было доставить Медицинской Коллегіи свѣдѣнія о больницахъ и больныхъ. Управа обратилась къ губернатору съ просьбой, чтобы онъ кому слѣдуетъ приказалъ снабдить Управу свѣдѣніями.ГубернаторъпредложилъГубернскому Правленію—исполнить просьбу Управы; но послѣдняя чрезъ два дня снова обратилась къ губернатору съ рапортомъ, въ которомъ, указавъ, что ни ей, ни Губернскому Правленію неизвѣстно, какія есть въ губерніи больницы, просила губернатора, „чтобы онъ повелѣлъ кому слѣдуетъ, не затрудняя излгішними переписками, учредить напередъ больницы, ежели оныхъ нѣтъ, и въ то время предписать о нужномъ осмотрѣ и мѣрахъ вспоможенія". Губернаторъ нашелъ, что „таковыя израженія Врачебной Управы въ рапортѣ означаютъ повелительное начальству предписаніе, которое ни отъ кого
11 опричь Его Императорскаго Величества и Правительствующаго Сената получать не можетъ". „А потому, продолжаетъ губернаторъ, —находя сей рапортъ во всѣхъ его терминахъ неприличнымъ, не примину объ ономъ въ защищеніе себя и званія моего, какъ Правительствующему Сенату представить, такъ и въ Государственную Медицинскую Коллегію отнестись". Другой случай, болѣе ясно характеризующій Слонецкаго^ былъ такой. Опредѣленный въ апрѣлѣ 1798 г. .акушеръ Каппель вызвалъ въ скоромъ вретиени слѣдующее постановленіе Управы— „чтобы изъ членовъ ея никому безвѣдома не отлучаться". Поводомъ къ этому бьи^ по рапорту той же Управы въ Медицинскую Коллегію, то, что_„.Каппель, не довольно въ узаконенное время по часту не присутствуетъ, но даже неизвѣстно куда и отлучается по нѣскольку дней, а какъ по нѣкоторымъ уѣздамъ оказывается скотскій падежъ, да и другія могутъ по его должности встрѣтиться обстоятельства", то поэтому Управа и вынуждена была сдѣлать вышеуказанное постановленіе, которое онъ^ Каппель, „принять не согласился". Коллегія въ іюлѣ предписала подтвердить Каппелю, „чтобы онъ по долгу званія своего должность исправлялъ, не отлучаясь никуда безъ причинъ законныхъ". Каппель подалъ въ Коллегію особый рапортъ, въ которомъ, между прочимъ, писалъ, „что инспекторъ Слонецкій, подъ видомъ законныхъ требованій, оказалъ ему, Каппелю, личное свое неудовольствіе неблагопристойными поступками съ нимъ въ присутствіи Управы"". Изъ этого, а также и изъ другихъ прислан- ■ныхъ на него, Слонецкаго, доносовъ, Кол-
12 легія замѣчаетъ, что онъ неужиточнаго нрава, склоннаго къ ссорамъ, которыя по службѣ не могутъ быть терпимы, то подтвердить ему, Слонецкому, чтобъ онъ впредь поступалъ такъ, какъ долгъ званія его требуетъ, соблюдая въ отправленіи должности справедливость и благопристойность, чтобъ впредь личными ссорами не занимать Коллегію, которая обременена другими нужными дѣлами, а въ противномъ случаѣ съ производящими ссоры и тѣмъ причиняющими остановку въ отправленіи дѣлъ, поступлено будетъ по строгости законовъ". Слонецкій, конечно, съ этимъ выговоромъ не примирился и подалъ въ Коллегію въ свою очередь рапортъ, въ которомъ писалъ, что хотя ему и велѣно сдѣлать выговоръ за „оказанные имъ неблагопристойные поступки Каппелю", но „какъ онъ таковыхъ поступковъ никогда дѣлать не дерзалъ, развѣ что по долгу его касалось, ибо оный Каппель, не всегда, да и весьма рѣдко и поздно пріѣзжаетъ въ присутствіе, а болѣе для интереса своего разъѣзжаетъ по уѣздамъ", поэтому „въ разсужденіи напрасныхъ отъ Каппеля на него Слонецкаго донесеній проситъ изслѣдовать, поелику онъ таковаго предосудительнаго замѣчанія и жестокаго выговора, по долговремянной и безпорочной своей службѣ, не заслуживаетъ", и вмѣстѣ съ тѣмъ проснтъ „за болѣзнію о переводѣ его въ гошпиталь, или хотя въ другую не отдаленную губерніюа . Коллегія дала знать указомъ Слонецкому, что она „службу его з^важаетъ и надѣется, что онъ всегда съ такою же ревностью будетъ исполнять свою должность при нынѣшнемъ мѣстѣ, гдѣ ему уже обстоятельства и теченіе дѣлъ
13 извѣстны, сдѣланный же отъ Коллегіи выговоръ относится къ личнымъ токмо ссорамъ". Суздальскій штабъ-лѣкарь Хр. Б. Штельцель, какъ онъ самъ сообщалъ о себѣ, въ 1763 г. поступилъ въ Спб. главную аптеку ученикомъ, въ 1764 г. —въ сухопутную гошпиталь тоже ученикомъ, въ 1767 г. —подканцеляристомъ, въ 1773 г. —въ Московскую врачевательную коммиссію, въ 1773 г.— пожалованъ въ лѣкари, въ 1775 г. опредѣленъ въ Суздаль, 1791 г, произведенъ въ штабъ-лѣкари. Юрьевскій лѣкарь А. Л. Зехтинъ, о желаніи иерейти на слз-жбу въ Гороховецъ —■ подалъ прошеніе, писанное (кстати сказать — очень безграмотно) юрьевскимъ купецкимъ сыномъ Ив. Ив. Жегаловымъ, самъ же онъ только подписался. Въ этомъ же прошеніи о себѣ Зехтинъ сообщалъ, что онъ въ служоу вступилъ „лекарскимъ ученикомъ 9 октября 1763 г., 22 іюня 1769 года былъ сдѣланъ подлекаремъ, П мая 1780 г. опредѣленъ въ г. Юрьевъ лекаремъ". Лѣкарь Ѳ. А. Тонъ, какъ видно изъ его формулярнаго списка, 4 августа 1768 г. поступилъ лѣкарскимъ ученикомъ въ Спб. генеральную Сухопутную гошпиталь, 14 октября 1769 г. опредѣленъ въ ту же гошпиталь волонтеромъ; 15 апрѣля 1773 г. по „удостоинству" при экзаменѣ произведенъ лѣкаремъ и опредѣленъ въ Морской карабельный флотъ. Таково научное образованіе, полученное болыпинствомъ тогдашнихъ врачей, и потому не нахожу нужнымъ приводить здѣсь свѣдѣнія о другихъ лицахъ. Съ тѣмъ же образованіемъ были и засѣдавшіе въ на-
14 чалѣ въ Управѣ, только акушеръ Николай Григорьевичъ Дмитріевъ-Байцуровъ (опредѣлеі -. въ февралѣ 1803 г.) выдѣлялся своими знаншми: онъ учился въ Харьковскомъ коллегіумѣ, а потомъ въ С.-Петербургской медико-хирургической академіи. Впрочемъсправедливость требуетъ сказать, что про акушера Хр. Кистера Медицинская Коллегія въ 1800 г. сообщала, что онъ сочянилъ о цынготной болѣзни. Изъ уѣздныхъ // врачей нужно выдѣлить одного Василія Антоновича Венедиктова, какъ обучавшагося въ Московскомъ университетѣ. Онъ былъ по тому времени выдающимся врачемъ, —за 25 лѣтъ службы онъ произвелъ болѣе 700 литотомій съ благополучнымъ успѣхомъ. Но такіе, какъ Байцуровъ, Венедиктовъ — единичныя явленія, и кстати сказать —почти единственные изъ врачей того времени въ нашей губерніи—русскіе. Я приведу сейчасъ одинъ случай —и будетъ, полагаю, понятно—что представляли собою для русскаго народа всѣ эти насадители медицины въ нашей губерніи, врачи, по происхожденію, какъ они писали, „изъ нѣмецкой націи^. Въ 1802 году правительство, 9 желая замѣнить въ селеніяхъ недостатокъ врачебныхъ учрежденій и чрезъ пастыреи духовныхъ открыть поселянамъ помощь и въ тѣлесныхъ ихъ немощахъ", рѣшило обучать воспитанниковъ семинаріи медицинѣ. Тоже' нужно было сдѣлать и во Владимірѣ. Но кто же будетъ преподавать? и вотъ Врачебная Управа. обратилась ко всѣмъ врачамъ губерніи съ предложеніемъ — не пожелаетъ ли кто изъ нихъ... Шт.-лекарь Антонъ Пахалинъ (изъ Шуи) отвѣтилъ, что
15 „россійской языкъ весьма не твердо" знаетъ. и не находитъ себя способнымъ „для преподаванія лекціи", аШтельцель(изъСуздаля) писалъ: „хотя я сначала бытія моего во всемъ науку получилъ на нѣмецкомъ діалектѣ; что-жъ касается до латинскагои россійскаго діалектовъ, то я какъ на оныхъ дальнѣйшаго обученія не имѣлъ, а посему..." и т. д. Другіе тоже отказались, хотя и не такъ откровенничали. Для иллюстраціи —насколько знали тогдашніе врачирусскій языкъ, атакжеи прямо до нихъ относящееся дѣло, я приведу нѣкоторые документы—дословно. Одинъ изъ врачей въ 1805 г. доносилъ; „13 лошадей хворыхъ заразительною болѣзнію, 20 отъ оной болѣзни выздоровѣли, a 6 лошадей совершенноздоровы, признаки же сей конской болѣзни мною усмотрѣны слѣдующіе: съначалалошадь задымывается^. и глаза у нихъ мутны, а потомъ сдѣлаются какъ во внутреннихъ, такъ и въ наружныхт*. частяхъ глазъ запаленіе, потомъ во рту, деснахъ, въ гортане и горлѣ, изъ глазъ течетъвлажность, перестаютъѣсть. всякаго корму, а пьютъ много, и шея распухнетъ. Сія болѣзнь оканчивается въ лошадяхъ не ровно, иніе освобождаются ранѣе, а иные позже, глаза сдѣлаются по прежнему чисты и прозрачны, получаютъпрежнююбодрость и начнутъѣсть и пить."—Другой пишетъ— „примѣчается падежъ отъ сырого воздуха по случаю тѣхъ лошадей бытія на низкихъ пастбищахъ или можетъ быть и отъ насѣкомыхъ". Матеріальное обезпеченіе медицинскаго персонала тогда было очень незавидное: врачи получали всего по 300 р. ассигн.,.
16 старшая повивальная бабка —120 p., младшая —80 р. въ годъ. Правда, за это вознагражденіе и требовалось не многое: осмотръ и Лкрытіе мертвыхъ тѣлъ, присутствіе при рекрутскихъ наборахъ, да оказаніе помощи при эпидеміяхъ и главнымъ образомъ —при эпизоотіяхъ. Лѣченіе скота было—повидимому—на первомъ планѣ. Послѣ одною изъ главныхъ обязанностей признавалось и развитіе оспопривнванія, неисправныхъ тогда штрафовали 1 —2 мѣсячнымъ окладомъ жалованья. Итакъ, съ 1797 г. Врачебная Управа была открыта, при ней состояли хирургъ и акушеръ, a no уѣздамъ полагалось быть врачу, повивальнымъ бабкамъ и лѣкарскимъ ученикамъ. Какъ уже выше сказано, персоналъ по уѣздамъ былъ далеко не въ полномъ числѣ. Изъ имѣющихся свѣдѣній за 1805 —1807 гг. видно, что въ 1805 г, въ Судогдѣ никого не было —ни лѣкаря, ни лѣкарскихъ учениковъ, ни повивальной бабки, въ остальныхъ городахъ были лѣкаря и старшіе или младшіе лѣкарскіе ученики, за исключеніемъ Суздаля и Вязниковъ, гдѣ были только лѣкаря; ' повивальныя бабки были только во Владимірѣ (2) и въ Гороховцѣ.—Въ 1806 г. не было лѣкаря, кромѣ Судогды, и въ Меленкахъ; число повивальныхъ бабокъ не измѣнилосъ, а лѣкарскихъ учениковъ не было въ Шуѣ, Александровѣ и Гороховцѣ, но за то были въ Суздалѣ и Вязникахъ, а въ .Судогдѣ даже —2.'—Въ 1807 г. прибавилась повивальная бабка въ Суздалѣ, лѣкарскихъ учениковъ во Владимірѣ, Суздалѣ, Переславлѣ, Юрьевѣ, Покровѣ и Судогдѣ—было 2, въ Александровѣ, Меленкахъ и Вяз-
it никахъ—no одному, a въ остальныхъ городахъ ни одного, Народъ въ это время несомнѣнно сильно ^ нуждался во врачебной помощи,—эпидеміи всюду свирѣпствовали. Какія же средства даны были, кромѣ персонала, для оказанія медицинской помощи населенію? Больницъ въ то время не было,, исключая гор. Владиміра, да и здѣсь было скорѣе нѣчто другое. Вотъ іштересный документъ сюда относящійся. Губернское Правленіе 3 іюля 1797 г. сообщило Врачебной Управѣ: „Подъ вѣдомствомъ Приказа Общественнаго Призрѣнія заведена была здѣсь въ губернскомъ городѣ (Владимірѣ) учрежденная /- - въ прошедшемъ 783 году съ ^22 апрѣля t? ^ t^^-w^ л/-- больница на нижеслѣдующемъ положеніи: въ оную больницу назначено принимать до 24 чел. больныхъ и во-первыхъ тѣхъ, кои прямо ни къ излеченію, ни къ пропитанію по неимуществу своему до выздоровленія никакого способа не имѣютъ, а потомъ тѣхъ, кои изъ домовъ въ городѣ отъ господъ или прочихъжителейприсылаемыбудутъ, съ тѣмъ, что они за пищу по выставляемой таксѣ и за лекарствы по засвидѣтельствованному щету, также на содержаніе лекаря и прочихъ служителей, за присылаемыхъплатитьбудутъумѣреннуюцѣну^ При оной больницѣ долйіность главнаго надзирателя препоручена была Верхняго Земскаго Суда засѣдателго, отряженному для присутствія въ Приказѣ. Сверхъ того опредѣлено было лекарю здѣшняго баталіона, также и подлекарю съ полученіемъ по ихъ желаніямъ жалованья первому по сту, a второму по 25 рублей въ годъ. Въ должВЛАДИі . Щ
18 ность смотрителя приставленъ былъ одинъ сержантъ съ жалованьемъ по 30 руб. въ годъ и съ помощью прикомандированнаго къ губернской должности изъ Губернскаго Правленія одного приказнослужителя. При больныхъ мущинахъ былъ одинъ сидѣльникъ и у женщинъ сидѣльница, также поваръ и портомоя, съ жалованьемъ первому по осмнадцатИ; второй по двѣнадцати, а послѣднему по 24 рубли, да одному приглашенному на случай надобности приходскому священнику съ произвожденіемъ по шести рублей въ годъ. И все оное жалованье упоминаемымъ чинамъ выдавало.сь изъ доходовъ Приказа, а лекарствы надобныя для больницы забирались на щетъ онаго-жъ Приказа изъ здѣшней аптеки по рецептамъ лекаря. При чемъ постановлена была для всякаго званія людей желающихъ быть ради излеченія своихъ болѣзней въ больницѣ, когда въ оной положеннаго числа 24-хъ человѣкъ доставать не будетъ, такса съ назначеніемъ платежа на каждаго человѣка въ мѣсяцъ за содержаніе всѣми съѣстными припасами по два рубли по 50 коп., да на лекаря и прочихъ служителей по сороку по пяти копѣекъ, а за лекарствы, какіе для кого браны будутъ изъ аптеки по рецептамъ лекаря, чтобъ платить всякому отъ себя особо. На принимаемыхъ же въ оную больницу неимущихъ больныхъ положено было употреблять изъ казны на съѣстные припасы не болѣе двухъ рублей десяти коп. въ мѣсяцъ на каждаго, а что слѣдуетъ до пріуготовленія ради больныхъ' постель, бѣлья, одежды, посуды и прочихъ нужныхъ потребностей, онымъ всѣмъ снабдена была означенная больница отъ быв-
19 шаго господина Генералъ-Губернатора графа Романа Ларіоновича Воронцова. И такъ на вышесказанномъ положеніи существовала оная больница по 789 годъ, то есть по учрежденіи установленнаго Приказомъ съ 21 апрѣля того года инвалиднаго дома, въ которой назначено принпмать престарѣлыхъ и неимущихъ пристанища и пропитанія отставныхъ военнослужителей отъ 25 до 30 человѣкъ, съ положеніемъ имъ всего казеннаго, изъ доходовъ Приказа, содержанія, какъ то хлѣбныхъ и харчевыхъ припасовъ, равнымъ образомъ одежды, обуви и всякаго бѣлья. И затѣмъже бывшимъ при больницѣ лекарю, подлекарю, сидѣльнику, сидѣльницѣ и прочимъ чинамъ отъ исправленія должностеи ихъ такъ, какъ и отъ производства жалованья сначала открытія сего инвалиднаго дому отказано и съ того времени онаго имъ не производится, случающіеся же изъ числа принятыхъ инвалидовъ больные пользуются въ томъ же домѣ съ приглашеніемъ на нужный случай городового лекаря и забираются временно потребныя лекарства изъ аптеки по рецептамъ лекаря, съ платежомъ за оныя денегъ изъ доходовъ Приказа, Особыхъ больницъ подъ вѣдѣніемъ сего Приказа нынѣ не состоитъ. И поеликз^, такъ заканчиваетъ Губернское Правленіе свое сообщеніе, объ учрежденіи больницъ въ Губернскомъ Правленіи дѣлъ никакихъ не было, слѣдовательно по всей Владимірской губерніи ихъ и нѣтъ. Іюля 3 дня 1797 года". Такое заявленіе однако справедливо только относительно гражданскихъ медицинскихъ учрежденіи, такъ какъ во Влацимірѣ были: военный лазаретъ для инвалидной
20 штатной команды и военно-сиротскаго дома воспитанниковъ и рекрутскій лазаретъ отъ Владимірскаго депо учрежденій. Судьба этихъ лазаретовъ въ 1810-хъ годахъ тоже была печальна... Итакъ видимъ, больницъ почти не было, и такъ продолжалось еще долго, —толъко въ 1811г. возникъ вопросъ объ отводѣ особыхъ домовъ для пользованія больныхъ инвалидовъ по уѣздамъ. Но и тогда вопросъ рѣшился далеко не вездѣ въ положительномъ смыслѣ. Такъ еще въ 1823 году въ городѣ Судогдѣ не было никакого помѣщенія для заболѣвающихъ нижнихъ чиновъ тамошней инвалидной команды, и потому больные съ большимъ неудобствомъ^ а иногда пѣшіе доставлялисъ во Владиміръ. Объ з^стройствѣ городской больницы было возбуждено ходатайство. Но губернаторъ извѣстилъ, что со своей стороны онъ находитъ учрежденіе въ городѣ Судогдѣ градской больницы невозможнымъ, ибо градскіе доходы (до 300 руб.) весьма недостаточны. Этимъ однако вопросъ о больницѣ въ городѣ Судогдѣ не былъ закрытъ. Въ слѣдующемъ 1824 г. писалъ уѣздный лѣкарь Бернгардъ губернатору: „по неимѣнію въ городѣ больницы находилъ я крайнее затрудненіе при излѣченіи больныхъ отъ разныхъ болѣзней солдатъ инвалидной команды, ибо на квартирѣ таковой больной, не имѣя себѣ приличной діетѣ пищи, постели и самаго спокойствія, нарушаемаго семействомъ хозяина, а часто питаясь и самымъ неприличнымъ воздухомъ, при наиусильнѣйшемъ попеченіи моемъ и полезнѣйшихъ лекарствахъ не только не получаетъ отъ болѣзней облегченіе, но приходитъ въ вящее еще
21 разслабленіе, а при томъ и болѣзнь свою можеть сообщить семейству хозяина... Сіи причины, пишетъ лекарь, побудили меня устроить больнидз^ въ нанимаемои мною для себя квартирѣ на собственный мой кочтъ, которую я устроилъ и снабдилъ оную надесять человѣкъ всѣмъ необходимо нужнымъ". Онъ сообщаетъ, что думаетъ выстроить въ удобномъ мѣстѣ съ помощью благотворительныхъ помѣідиковъ особое зданіе. Возникъ далѣе вопросъ о продовольствіи больныхъ; губернаторъ предложилъ Думѣ отпускать нужныя средства на этотъ предметъ, съ возвратомъ изъ казны по 50 к. на человѣка; Дума указала на неимѣніе средствъ. Тогда губернаторъ предложилъ самому лѣкарю—не найдетъли онъ возможнымъ содержать на свои средства, съ возвратомъ изъ казны. Чѣмъ дѣло кончилось — неизвѣстно, —Бернгардъ скоро перешелъ на службу въ Муромъ. Въ 1836 г. во всѣхъ уѣздныхъ городахъ уже были больницы съ 10 койками въ каждой. He лучше обстоялъ вопросъ о снабженіи лѣкарей лѣкарствами. Во время открытія Врачебной Управы на всю губернію была только одна вольная аптека во Владимірѣ, такъ называемая „старая" аптека. Объэтой аптекѣ я хочу сказать здѣсь 2—3 слова. По указу 1726 года (20 мая) —„въ которыхъ городахъ на вольныя аптеки кто гдѣ пріищутъ казенное строеніе или дворы свободные, и будутъ требовать на содержаніе вольныхъ аптекъ и на произведеніе аптекарскихъ огородовъ земедь—такія требованія должны быть удовольствованы", и вотъ на этомъ основаніи аптекарь Христіанъ Дерпнгъ, при заведеніи во Владимірѣ аптеки
22 въ 1781 году просилъ намѣстническое Правленіе объ отводѣ ему земли для разведенія ботаническаго сада; почему отъонагоПравленія и отведена ему была земля, лежащая впустѣ позади Золотыхъ Воротъ въ смѣжности дома бывшаго казенной Палаты ассесора Булгакова. Стало быть, аптека старая существуетъ съ 1781 года. Изъ первыхъ годовъ существованія этой аптеки извѣстно, что 28 марта 1793 г. ее купилъ у аптекаря Андрея Кипща аптекарь Николай Pome. Съ 1795 по 1800 г. и съ 1802 г. аптекой управлялъ гезель Якимъ Гахтъ. По смерти Роте —аптеку содержала его жена. Въ сентябрѣ 1804 г. провизоръ Карлъ Весселъвыдержалъ экзаменъ и былъ утвержденъ завѣдующимъ аптекой, такъ какъ „ту аптекаршу Роде взялъ взамужество". Назначая врачей, Медицинская Коллегія о средствахъ лѣченія больныхъ ничего не говорила, и потому трудно возстановить — какой былъ тогда порядокъ. Изъ различныхъ распоряженій однако видно, что лѣченіе производилось лѣкарствами, пріобрѣтаемыми больными на свой счетъ, и только одни воинскіе чины пользовались казенными лѣкарствами, при чемъ и эти лѣкарства отпускались —для Владимірской губерніи — изъ казенной аптеки въ Москвѣ, впрочемъ на цѣлый годъ впередъ, по каталогу, въ который было включено только 49 средствъ, и при томъ было установлено - избѣгать излишества въ отпускахъ и имѣть только тѣ, которыя не портятся. У лѣкарей эти средства только и были на рукахъ. Но этими средствами ^ѣкаря должны были распоряниться очень осторожно: они подлежали строгому учету Врачебной Управы,
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4