b000001778

— 24 — необычно, что горитъ кухня, и мы, крестьяне, испужавшись взбѣжали на господскій дворъ, а исправникъ, бѣжа къ намъ встрѣчу, говоритъ, что де вы бунтовщики и зажгли, чего мы совсѣмъ не знаемъ, и просьбы отъ насъ исправникъ не принимаетъ, а принявши, на землю бросаетъ". Двое крестьянъ, села Мугрѣева Тимофей Тихоновъ и дер. Могучева Иванъ Тихоновъ, подававшіе эту просьбу и арестованные во Владимірѣ, 1 Іюня въ допросѣ показали, что „просьбу сочинялъ и писалъ села Спасскаго, Мугрѣева тожъ, священ. Левъ, a no отчеству незнаютъ, просьбу жъ оную отдали имъ на мірскомъ сходѣ и проговаривали кре- стьяне, что оная просьба тѣмъ священникомъ писана и сами они къ нему приходили". Губернаторъ, извѣщая о поданной просьбѣ маіора Стромилова и предводителя дворянства Булыгина особымъ ордеромъ, пишетъ: „изъ поданной отъ крестьянъ Тихоно- выхъ недѣльной и не законной просьбы, ясно усматриваю, что оные на вышеупомянутаго исправника ухитрительной замыслъ простирая, имѣютъ въ виду сокрыть всеобщее ихъ къ закону и іюмѣщичьей волѣ непослушаніе, обратили свою хитросплетенную просьбу на исправника единственно язви- тельнымъ образомъ, дабы чрезъ то избѣгнуть надлежащаго по закону наказанія", а потому губернаторъ вернулъ кре- стьянъ Тихоновыхъ подъ стражею въ село Мугрѣево и рас- порядился, чтобы, по привозѣ ихъ, было крестьянамъ объ- явлено, что „хитросплетенная просьба ихъ на исправника дѣйства своего воспріять не могла, почему , оные Тихо- новы и отсылаются къ сужденію по законамъ". Въ тоже время во Владимірѣ были обнаружены и дру- гія лица, причастныя къ дѣлу о возмушеніи крестьянъ. Бы- ло открыто, что просьбу сочинялъ Казенной Палаты rydepH' скій регистраторъ Павелъ Лебергецкій, а переписывалъ ее той же Палаты регистраторъ Иванъ Жернаковъ. По прось- бѣ Лебергецкаго канцеляристъ Илья Пузановъ списалъ въ Губернскомъ Правленіи резолюцію, учиненную еще 13 Фев- раля относительно крестьянъ помѣщика Гончарова и пере- далъ ее Лебергецкому, а тотъ крестьянамъ. Губернаторъ призывалъ къ себѣ Лебергецкаго два раза для распросовъ, но тотъ являлся къ нему „въ такомъ развращенномъ видѣ и пьянствѣ, что не только быть ему въ ономъ видѣ предъ