b000001761

**w^ ' 254 ІП I ki преподавателя, честь имѣю представиться...» Она прервала, протягивая слова: «Знаю... вы тотъ... да, Острогорскій,.. хотите учить»... — и вдругъ остано- вилась... Я хотѣдъ было выразить благодарность за оказываемую мнѣ честь; но «королева» рѣзко обор- вала меня, продолжая все такъ же пронизывать меня глазами: — «Вы... вы злой... нервный... да, нервный, злой!! Вы здоровы?» Я поспѣшплъ отвѣтить, что совсѣмъ здоровъ,чтодаю уроки ужъ нѣсколько лѣтъ, и ученицы на меня не жаловались... Возраженіе ей не понравилось. Она, уже гнѣвно, еще разъ смѣрила меня глазами и, повторивъ еще болѣе раздѣльно: — «не добрый, злой... нервный».., — быстро обернулась, не удостоивъ, какъ и раньше, меня даже покдо- номъ, — и величественно вышла въ ту же дверь, въ какую вошла, и я опять остадся въ задѣ одинъ. Аудіенція кончилась. Тридцать два года прошло съ этого дня, но, какъ теперь, передъ моими глазами эта холодная зада съ портретами, — эта, точно вышедшій изъ этихъ ра- мокъ портретъ, высокая старуха со своимъ ледя- нымъ взглядомъ и недобрыми складками губъ; до сихъ поръ слышу эти немногія, отрывочныя, тогда показавшіяся мнѣ просто страшиыми, слова, которыя не забылись и до сихъ поръ, — слова, такъ рѣши- тельно и безаппеляціонно захлопнувшія предо-мной двери въ этотъ аристократическій разсадникъ преж • няго женскаго просвѣщенія. Легко представить себѣ эффектъ, произведенный моимъ разсказомъ объ аудіенціи на добрѣйшаго ин- спектора, встрѣтившаго меня съ поздравительнымъ