b000001761

m i ^p 4 -r- жіЯгтг й№»и^»-«уа 252 i "i > Г *I: f .mi В Щ когда, до начала занятш, представиться вамъ на- чальницѣ». Кажется, дѣло ыожно было считать по- ковченнымъ, и я, полный радужныхъ мечтавій о будущей педагогической дѣятельностп, зашелъ побла- годарнть Никитенко, поздравившаго ыеня съ успѣ- хомъ, а оттуда отправился црямо къ Тимоѳееву, ни мало не усомнившемуся въ томъ, что уроки уже за мною: — оставалась только одна формальвость — оффи- ціальное представлевіе начальвицѣ, извѣстной всему Петербургу, очень вліятельной старухѣ, — кажется, статсъ-дамѣ, Леонтьевой,— представленіе, которое и назначено было на другой день, утромъ, за два дня до начала уроковъ. — «Вы опять зайдите ко мнѣ,- — конечыо, во фракѣ и бѣломъ галстухѣ», — напутство- валъ меня инспекторъ; — «я сведу васъ въ зало, куда она и выйдетъ, когда ей доложатъ, a я уйду, такъ какъ она любитъ представленіе наединѣ. Все кончится въ нѣсколько минутъ, а вы приходите ко мнѣ зав- тракать». Принарядившись, на другой день отнравляюсь... По длиннымъ корридорамъ, отъ которыхъ повѣяло на меня холодомъ, чѣмъ-то казеннымъ, непривѣт- нымъ, прошли мы въ большое зало, уставленное по стѣнамъ стульями. Молодеиькая пеппньерка, нрогу- ливавшаяся съкнигой, пошла доложить... Инспекторъ, пожелавъ мнѣ, какъ онъ полагалъ, несомнѣннаго усоѣха и, напомнивъ о завтракѣ, быстро удалился... Я остался одинъ на концѣ болыпого зала, со стѣнъ котораго глядѣли на меня портреты царственныхъ особъ... Почеыу-то мнѣ стало жутко... Прошло то- мительныхъ четверть часа посреди гробовой тпшины,