b000001761

;Яйг5^ЙШ^ ^Ч*^*^, 131 встрѣтила она въ этомъ чудномъ человѣкѣ. Очень внимательно и совершенно серьезно выслушалъ ее Константинъ Дмитріевичъ безъ возраженій всю до кон- ца, и только тогда сталъ обсуждать ее по пунктамъ вмѣстѣ съ нами, нисколько не шокируясь нашими, подчасъ нелѣпыми или наивными, вкіраженіями, на- правляя обсужденіе къ опредѣленньшъ, обоснован- нымт, ноложеніямъ. Уже никто изъ насъ не чув- ствовалъ ни малѣйшей неловкости въ присутствіи этого, уже въ то время извѣстнѣйшаго во всей ин- теллигентной Россіи, ученаго, общественнаго дѣяте- ля и литератора. Всѣхъ заполонилъ онъ своей мяг- кой, строго логической и задушевно-простой рѣчью; каждый высказывался совсѣмъ свободно, — вызывая нрофессора на подробныя объясненія всего, что каза- лось несовсѣмъ яснымъ, — ■ словомъ, не смотря на разницу лѣтъ, образованія и положенія насъ и на- шего гостя, бесѣда нриняла серьезный и дѣловой характеръ, и къ концу вечера всѣ выработанныя, по указанію и подъ руководствомъ Кавелина, поло- женія въ общихъ чертахъ были записаны, и состав- ленъ нервый, такъ сказать, протоколъ основателей школы. Въ концѣ вечера, затянувшагосяза полночь, Кавелинъ предложилъ намъ собраться еще нѣсколько разъ для выработки болѣе подробнаго устава школы и, тепло простившись съ нами, обѣщалъ быть на всѣхъ предварптельныхъ засѣданіяхъ самъ, а тамъ, если мы найдемъ лицо, которое-бы взяло школу на свое иия, и похлопотать передъ высшимъ началь- ствомъ о разрѣшеніи ее открыть. Совсѣмъ очаро- ванные милымъ гостемъ, котораго за этотъ одинъ