b000001756

JiVl лёкцая. «Сказанае* и «Чтение» о князьях Борисе а Глебё. При обозрении содержания первой половины «Повести времен- ных лет», пересказывая придворную смуту и княжескую усобицу, сопровождавшие смерть Владимира Святославича и дележку наследия между его сьшовьями (1015—1019 гг.), я указал на источник этого летописного повествования в отдельно существовавшем «житии» уби- тых своим старшим братом, Святополком, князей Бориса (крестное емя Роман) и Глеба (крестное имя Давид). Делать из неудачников обычной династической борьбы «христианских» мучеников и подавать их биографию как поутштельный, назидательный образец доброде- тели в новом, «христианском» духе — вообще свойственно феодальной эпохе. Так, у западных славян уэке бьио составлено «житие» Вяче- слава, князя Чешского, убитого от брата его, Болеслава, в 935 г. Труднее оказалось составитъ житие самого Владимира, хотя прав на такое оформление биографии у него, как крестителя Руси, было больше. Очевидно, здесь сыграло роль и его языческое прошлое, окруженное легендами далеко не <(христианского» типа, и общая его практика, шедшая под знаменем войны и насилия. Кроме того, мате- риал биографии Владимира был весьма разноречив. Тем не менее «житийных» попыток рассказать о Владимире было несколько. В самой «Повести временных лет» уже сказалось стремление оцерковить био- графию Владимира, да и ше летописи сохранилось несколько его житий. Одни из них испытали на себе влияние «Повести временных лет», другие, неюгласные в деталях с этой «Повестью», ведут нас к какому-то очень древнему житию Владимира, до нас не дошедшему, и к греческой легенде о крещении Владимира в Корсуни, отражегі- йой и в «Повести временных лет». Одно из житий Владимира вклю- чено в «Память и похвалу князю руескому Владимеру», сочиненную писателеаі XI в. Иамовом мнихом. Кроме «Памяти и похвалы» Иакову мниху не без основа- ния приписываегся то «Сказание страстей и похвала о убиении свя- тую мученику Бориса и Глеба», из которого черпала «Повесть вре- менных лет», если тояько она не пользовалась непосредственно более древним «житием» Бориса и Глеба, легшим в основу «Сказа- ния» Иакова. Это «Сказание» отличчется содержательностью и исто- ричностъю, редкими в агиографии. Тон Иаковлева «Сказания» не однообраэен. Одни части его, текстуально совпадая с летописью, вообще изложены в летописной манере, например бои Святополка Киевского с Ярославом Новгородским; другие же части отличаются риторичностью, драматическим лиризмом, сентиментальностью. Автор «Сказания» проявил начитанность в переводной литературе, не только в Библии и ее апокрифических параллелях, но и в хрониках, и осо- бенно в «житиях», судя по упоминанию «страстей» св. Никиты, Варвары, Вячеслава, князя Чешского, и Димитрия Солунского, защит- ника Византии от варваров. Историчность «Сказания» выражена не только в личных и мест- ных' именах, но и живых красках реальности. Вспомните, как труп Владимира оберну)Ш ковром, спустюш на веревках в сани и тайно 6 Акад. А. С Ордоа 81