b000001756

СлОбамй: «а Ш ЗнаёШь, нашегб старца Герасима нет, бй умер». Лей опечалился, пошел вместе с ним на могилу Гераснма, склонился над могилои, заревел, несколько раз ударился головой о могильныи холм И умер. He было европейской национальности, которая бы не использовала этот сюжет, основа которого восходит к античной литературе (лев Андроника у Авла Геллия). Его рассказывали, рисовали и резали на кости. і Кстати сказать, отношение Санчо к своему ослу, похищение у него осла и обретение похищенного заимствовано Сервантесом из этого анекдота, только анекдот так перелицован, что трудно его узнать. Передадим второй анекдот из «Патерика». Один монах решил пойтн и познакомиться с изумительным чудотворцем, который назы- вался Марком и жил на Фрачской горе в пустыне. Сначала рассказы- вается, как трудно туда дойти. Изнывая от жажды, странники лежали долго в бессознательном состоянии, затем чудесной помощью оправи- лись и зашли в глубокую пустыню. Из горы к ним навстречу вышел старик, весь покрытый волосами, без всякой одежды. Они подошли к нему, поздоровались, и тот задал вопрос: «Чадо, скажи, пожалуйсга, стоит ли еще мир?» Старик Марк так зажился в этой пустыне, что не знал, существует ли остальной мир. Затем старик повел их в гору, где предложил подкрепиться пищей. Он хлопнул в ладони, и по этому знаку появилась скатерть, а на ней питье и пища. Когда поеяи, Марк похлопал опять в ладони, и скатерть «самобранка» свернулась и исчезла, совсем как в русской сказке. В одном из патериков мне попался драматический рассказ о том, что какой-то мучитель, скажем Диоклетиан, велел привести к себе лиц, виновных в нарушении религиозйых обычаев (они 1 не стали есть жертвенную пищу). Когда привели к нему христианку Таису, он посмотрел на нее и говорит: <сГы мне очень нравишься. Если по- желаешь быть моей любовиицей, то я тебя пощажу, а иначе замучу». Та согласилась с предложением. Он привел ее к себе домой/ Увидев дворец и при нем роскошный сад, Таиса говорит мучителю: <ва то, что ты спас меня от смерти, я окажу те#е услз^у. Покажу теібе травку, которую если на себя положишь, то будешь сохранен от любой раны. Тебя тогда никто не сможет убить». «А где она растет?» «В этом саду». «Принеси ее». Таиса обмотала вокруг своей шеи траву, и говорит: «Оопробуй ее силу, возьми меч, ударь по моей шее, и уви- дишь, что я останусь цела». Он прднес меч и... отрубил ей голову, что и требовалось мученице. > Как видите, в новеллах патериков религиозный момент иногда совершенно ничтожен. Это просто «арабские сказки» с сюжетами, широко распространенными. і Патерики не остались без влияния на древнюю русскую лите- ратуру. Например, в начальной летописи рассказывается под 1074 г., как в Киево-Печерском монастыре было «несколько муж чудных», именно четыре великих чудотворца: Дамиан пресвитер, Иеремия «иже помняше крещенье земле Русьскыя», Матфей и Исакий, которые видели то, что другие не могли видеть. Когда Матфей-прозорливец 32 J l l . li. l , 1 1.1 1 , 1 11 LD I.. . ІІ .Д. .І ІІ. !!