b000001756

цари великом князи Иване Васильевиче всеа Руссии, что он будет мудр и ведет правду в свое царство», и что эта правда будет вьнпе какой-либо другой «под всею подсолнечною». Этот идеал правды Пересветов ищет однако за трвдевять земель: «чтобы к той истиннойі вере христианской (какою знаменуется Россия) да правда турещіая, ино бы с, ним ангелы беседовали». Замечательна проповедь Пересветова против рабства. По словам Піетра воеводы, «которая земля порабощена, в той земле все зло сотво- ряется: и татьба, и разбой, и обида, и всему царству оскужение ве- ликое, всем бога гневят, а дьяволу угожают». Магомет-султан отменил рабство, приказав сжечь книги «нолныя и докладныя», по таким моти- вам: «в котором царстве люди порабощеныі, и в том царстве лйди ые храбръі и в боіо против недруга не смелы: порабощенный бо человек срама не боится, а чести себе не добывает, хотя силен или не силен, и речет так: однако если холоп, иного мне имени не прибудет». В по- ловине XVI в. вопрос о рабстве поднимался не раз. Вспомним «еретика» Матвея Башкина, признававшего рабство несоглааіым с духом хри- стианского учения, и благовещенского иерея Сильвестра, освободив- шего своих работных, вероятно, по более практическим поводам. Особое внимание Пересветов уделял воинскому чину. Выше ска- зано, что он приписывал падение Внзантии укроченню царя Констан- тина от воинства, и уст.ами воеводы Петра молился богу, іпх>бы того же не случююсь с Иваном Васильевичем. Это внимание объяс- няется частью отноіпениями Москвы к Крыму, угрожавшему, москов- сктл украйнам, к Казани, — «подрайской земле», которою суждено овладеть Ивану Васильевичу, к Туріции, от насильства которой рус- ский царь должен освободить Византию, а также — рыцарской профес- сией нашего писателя. Пересветов считает вельмож неспособными к воинству: «от богатых мудрость воинская не начинается николи, хотя и богатырь обогатеет, и он обленивеет, богатый любит упокой». Сердце Пересветова лежит к наемным воинам, о них он говорит весьма изобразительной речью: «воинника (следует) всегда чредити, яко сокола, сердце ему веселити, ни в чем на него кручины недопу- стити...», «который воинник лют будет против недруга государева играти смертною игрою и крепко будет за веру хрисгаанскую стояти, ино таковьш воинникам имяна возвышати и сердца им веселити и жа- лованья из казны своей государіевой прибавливати». И Магомет-султан и Петрі-воевода согласны в том, что «мудрый царіь... войском силен и славен». Без службы своих воев никакой царь обойтись не может — ^иначе его царство иному достанется. По- этому Магмет завел войско постоянное, которое «с коня не сседаеп николи же и оружия из рук не испущает». Себя Иван Семанович Пересветов считал прирожденньш русским воином: «поминая своих пращур и прадед, как служили верно государем русским великим князем, твоим (т. е. Ивана Васильевича) пращуром и прадедом. Пересвет и Ослебяі в черньцах: и в схимех с благословением Сергия чюдотворца на Донском побоище при великом князе Дмитрее Ивансн виче за веру христианскую и за святые церкви ц за честь государевуі пострадали и главы свои положили...» 277