b000001756

стола Павла: «настанут времена люта, будут бо человецы самолюб- цы, сребролюбцы,... предатели, продерзливы» и т. д. Такие книги, как «Стоглав» или «Домострой», не имели в общем литературного назначения, но все же они составлялись с разборчивым употреблением литературных средств и местами достигали художе- ственного уровня, разнообразного по выражению. Признаками несом- ненной литературности обладает в «Стоглаве» все предисловие, кар- тинно изобракгешее открытие собора в стиле первого Вселенского и торжествеяное выступление на нем царя Ивана с его речами и наігаса- ниями. Эти произведения Ивана Грозного отличаются оригинальной манерой, только ему свойственной, которая впоследствии расцвела в переписке с Курбский. Что же касается остальных частей «Стоглава», полных бытовыми реалиями, то и они интересны в литературном отно- шении, так как изложены живым, устным языком, не заглаженным пошлой книжностью. В нашу задачу не входит обзор результатов Стоглавого собора, об осуществлении которых высказываются разные мнения. Дело в том, что некоторые из постановлений выражены не в виде практически организованных мер, а скорее как бы в виде пожеланий, которые могли и не пройти в жизнь, так как не были указаны средства к их осуществлению, или так как эти средства не были еще доступны в половине XVI в. Все же большинство изучавших «Стоглав» скло- няется к тому, что важнеишие постановления его имели деиствительное значение для многих сторон русской жизни. Если Стоглавый собор не рассматривать как нечто законченное, имея в виду, что московское правительство, гражданское и церковное, не раз потом возвращалось к тем же вопросам, то мы убедимся, что наблюдения и пожелания Стоглавого собора так или иначе были' осуществляемы. В одном из первых царских вопросов указано на недостатки производства руко- писных книг, во искоренение чего комиссиям из попов предписано по всем церквам дозирать священные книги и исправлять их соборне, а также смотреть за писцами, чтобы они писали «с добрых переюдов, да написав правили, потом же бы продавали, а неправив бы книг не продавали». Писцам и покупщикам неправильных книг сначала воз- бранять «с великим запрещением», а затем — имать книги даром, пра- вить их и отдавать в бедаые церкви. Не один уже раз отмечались непрактичность и неорганизованность этих мер, причем зтадывалось и неосуществление их в действительности. Неоспоримо, однако, что наблюдение беспорядка было высказано собором, и дело кончилось тем, что московское правительство решилось завести' печатные книги, «яко же в Грецех, и в Венецыи и во Фригии и в прочих языцех, дабы впредь святые книги изложилися праведне». И вот, в 1564 г. появился первопечіатный московский Апостол, плод наиболыией по времени гра- мотности и изящества. ХЫІ лекция. «Домострой» и его редактор Благовещенский поп Сильвестр. Если «Стоглав» стремился объединить отличия местной обще- стБенной жизни твердыми нормами строящегося национального госу- 263