b000001756

Геннадия, хотя книга назьгоается Геннадиевскон Библией, и прохо дшга оно как бы в некоей «мануфатуре». Тут были и переводчики и редакторы, потому что приходилось согласовывать тексты раз- ного времени и происхождения. Правда, работа не была сделана вполне начисто, но во всяком случае с достаточной степенью чистоты. Организатор предприятия, Геннадий, был московский став- ленник, почему данное предприятие и нельзя считать плодом цен- тробежной тенденции Новгорода. Предприятие это было, значит, не краевым, а центральным, и удовлетворяло потребностям того абсолютизма, который затем с наибольшей остротой сказался при Иване IV. Другие предприятия подобного характера являются уже дети- щами XVI в. Если не ограничиваться областью собственно литератур- ной, можно назвать ісанонизацшо русасих святых в 40-х годах XVI в. как нечто обобщающее и унифицирующее феодальный разнобой; где-то в разных краях, в раэных феодальных углах по-разному справляли памяти посредников с божеством, молились месгным отдельным богам, иногда враждебным друг другу, и вот в конце-концов это объединяется в обязательном русском олимпе, и зарождаются определенные стили- стически похожие друг на друга жития. Здесь рке начинается деятельностъ митрополита Макария, по- ставленного Москвою сначала Новгородским архиепископом, затем общерусским митроподитом, который затеял еще большее предприятие, закончившееся в 50-х годах XVI в.— собрание «Четьих Миней», т. е., как он пишет, «собрание "всех книг, чтомык на Руси». Начал (сМинеи» Макарий в Новгороде, а закончил в наиболее полных и выразительных экземплярах в Москве (1552 — 1553 гг.). Поражающие своим объемом макарьевские «Минеи» вообще пред- ставляют собой нечто значитеяьное: они писались многими писцами, причем дело сопровождалось сложными поисками текстов и серьезной их редактурой. И если обратим внимание на единообразие каждого из этих 12 громадных томов, на x}^OH<ecTBeHHyro согласованность, на каллиграфическую однотипность, на следы редакторской заботливости, то убедимся, что это тоже своего рода целая «мануфактура», — это не <сМинеи» одного Макария, а коллективная работа многих. Даліее следует упомянуть «Домострой» и «Стоглав» как бытовые обобщающие предприятия, в особенности «Стоглав», где целый ряд противоречивых местных обычаев и явлений объединяются в одной форме, обязательной для всей монархической Московии, наиболее выра- зительным лицом которой является Иван IV. Весьма показателен также Никоновский Летописньш свод, который заключает в себе несколько объемистых томов, причем один из его экземпляров («лицевой») был иллюстрирован тысячами картин. Свод этот имеет одну определенную тенденцию: мировой процесс описан здесъ к выгоде царя Ивана; его Москва является конечным результа- том истории, и этот конечный результат истории считается незы- блемым до последнего момента миростояния. Громадное количество ил- люстраций этой офщиозной летописи, изящество, каким эти иллюстра- іб» 243 I ^J.i