b000001756

ского разврата, Нил Сорский неожиданно вьгстушіл против землевла- дения общежительных монастырей: «нача старец Нил глаголати, чтобьг у монастырей сел не было, а жили бы чернецы по пустыням, а кормили бы ся рукоделием». Полагаем, что в стяжательности упрекали церковь- и еретики, хотя об этом и нет свидетельств у их противников. Но как бы то ни было, вопрос о монастырском землевладении был в Москве поднят и дебатировался затем не одно столетие. Светская власть, нуждавшаяся в земельном фонде, конечно, стояла за отбира- ние этих земель, а в то же время колебалась произвести такую реформу, так как приходилось считаться с мощью разбогатевших церковников, епископов и игуменов общежительных монастырей, т. е. церковнои верхушки, которая реально могла поддержать слагающийся московский абсолютизм. С политической точки зрения такие практики и организаторы, как игумен общежительного монастыря Иосиф Волоц- кий и его последователи («осифляне»), были великому князю дороже, чем бледные аскеты, моралисты и мистики, как Нил Сорский. Ho- Ивану 111 было невыгодно отказаться от претензии на монастырские земли, и он не дал на соборе развить суждение по земельному вопросу, Чтобы доставить, однако, некое удовлетворение Иосифу и его едино- мышленнику, митрополиту Симону, великий князь уступил непримири- мости к ненавистным для них еретикам. Он приказал произвести обыск по всем городам и свести еретиков в Москву. В 1504 г. здесь был созван церковный собор против еретиков, и несмотря на то, что, Паи- сип и Нил высказались против смертной казни, еретиков проклялн в многих из них сожгли, иньгм отрезали языки, других заточили. В последний год своей жизни Иван III несколько облегчил участь ере- тиков, принесших покаяние, но его наследник Василий, после неко- торых колебаний между заволжцами и осифлянамн, склонился в сторону последндХг и еретики снова были отправлены в пожизнеиное заключение. XXXVI лекция. Литература «жидовствующак» а культурное значе- нае зтой ереси. Судя по «Просветителю» Иосифа Волоцкого, русские последователи Схарии и его соплейенников усвоили их чародейное и астрологическое учение и, соблюдая внешность православия, опровергали существен- ные его элементы, причем не признавали и толковали по-своему церков- ные книги, враждебному анализу которых, думаем, научили этих рус- ских приехавшие из Литвы ересеначальники. Очевидно, подобно& движеииг существовало уже в Литве как в еврейском, так и в русском ее населении, потому нам и трудно в ртносимой к ереси книжности определить, какие из памятников циркулировали в Литовско-Польском государстве и какие в Московском. Замечательно то обстоятельство, что в сохранившихся произведениях, относимых к ереси учеными наше- го времени, звучит литовско-русская речь со следами еврейской. Если эти произведения одноименны с теми, которые названы у современник» ереси, новгородского архиепископа Геннадия, можно думать, что он» привезены еретиками из Литвы. В тех же случаях^ когда ученые наших 216