b000001756

И сребром, и сохранит ю, якоже сам весть». По одним сведениям^, патриарх скрыл драгоценныи ковчежец с головой цесаря под престо- лом, по другим — он был похищен соратниками цесаря. И вот &ез- законнын Магомет воссел на престоле царства «благороднейша суща. всех, иже под солнцем», овладел властителями двух частей вселенной, одолел победителей гордого Артаксеркса и истребил «потребивших Троию преднвну с семьюдесятми и четырма крали обороняему». «Но- разумей, окаянный, что, если все предсказания Мефодия Патаромского и Льва Премудрого о граде сем и знамения сбылись, то и следующие не минуют, но также сбудутся, ибо написано: русий (русоволосый) же род с прежде создательными всего Измаилта победят и Седмохол- маго приимут с прежде законными его и в нем воцарятся и судер- жат Седмохолмого русый язык шестый и пятый и насадит в нем зелие, и снедяг от него мнози во отмщение святым». Далее автор цитирует из^- «последнего видения Данилова» смену властителей Царьграда, перед. кончиною мира; предпоследнего из них венчают на царство ангелы, и он поразит всех неверных. «Сия убо вся и ина многая прорицания и знамения содержит о тебе, граде божий, ихже всещедрый и все- благий бог да совершит на пременение и на попрание скверныя и безбожныя сея веры агарянскыя и на обновление и укрепление всея православныя и непорочныя веры христианстеи». Повесть Нестора-Искандера, если и превышает многие другие- исторические повести, то- только своей .складно:тью, литературньм уменьем, но не историчностью. Как и все они, она не исторична, она даже не мемуар, несмотря на знание обстановки. Это — грекофиль- ское по тенденции «сочинение», автор которого действовал знамениями, анекдотами, картинностью и лиризмом, мало входя в сущность со- бытий, в историческое их значение. Как и в других исторических повестях русского средневековья, здесь нет человеческих характеров, которые подменены героизмом, выражающимся в шаблонном богатыр-- стве и сентиментальности. К достоинствам «Повести» следует отнести минимум зависимости от церковной литературы, умелое пользование образами и формулами воинских повестей и вкус к античному на- следию, восходящему к гомеровскому эпосу. XXXV лекщчя. Ересь «стригольников». История ереси ижидов- ствующи с». Тяжесть феодального теократизма периодически вызывала оп- позицию. Во главе правления церковники стояли в ряду со свет- скими феодалами и со свогй стороны требовали безоговорочного принятич миропонимания и поведения, которые установлены «государ-- ственной» религией, ее церковной теорией и практикой. В России эта теория была в сущности чужой, и для русских церковников нѳ столько была потребность в философском осмыслении религии, сколь- ко забота о нерушимости ее фэрм. Что же касается практики, то- она выражалась главным образом в создании и охране привилегий для церковной касты как путем магии культа, так и путем достижения материальиой независимости. Оппозиция правящеи феодальнои церквш 210