b000001756

йзнутри другою стеною. Мо что можно сделать против такой силы и особенно против гнева божия за наши грехи? На утро турки опять начали бить то же место из мпожества пушек и пищалей; а когда «утрудили» стену, навели большую пушку и выстрелили, надеясь на пролом; но ядро пошло выше стены, захва- тило только семь .зубцов, ударило в церковную стену и рассыпалось в прах. Около полудня навели пушку в другой раз; но Зустунея ударил в нее из своей пушки так удачно, что у нее расселся «зелейник». Это привело Магомета в ярость, и он громко воскликнул: етгма, ягма!», т. е. «на разграбление города». Вскричало за ним все войско и бросилось с лоря и суши на приступ. Осажденные вышли на стену все, остались только патриарх и священство в церквах на молитве. Цесарь без отдыха объезжал по всему городу, плача и рыдая, умоляя стратигов и всех людей мужаться, не ослабевать в трудах и не падать надеждои, «кладуще главы своя за православную веру и за святые церкви», и велел звонить' по всему городу. Зустунея, «рыща по сте- нам», тоже ободрял и понуждал людей. «Кый язык может исповедати или изрещи тоя беды и страсти: падаху бо трупия обоих стран, яко снопы, с забрал, и кровь их те- чаше, яко реки по стенам; от вопля же и кричания людцкаго обоих и от плача и рыдания градцкого, и от зуку клакольнаго, и стуку оружья, и блистания мняшеся всему граду от основания преврати- тися. И наполнишася рвы трупия человеча доверху, яко чрез них ходити турком, аки по степенем, и битись: мертвые бо йм бяху мост и лестница ко граду. Тако и потоци вси наполнишася и брегы вкруг града трупия, и крови их акы потоком сильным тещи, й пажушине (заливу) Галатцкой, сиречь илменю (лиману) всему кроваву быти, и облизу рвов по удолиям наполнитись крови: тако сйльне и иещадне сечахуся, и аще не бы господь прекратил день той — конечная бе уже погибель граду, понеже гражане все уже бяху изнемогше. Нощи же наставши, туркы отступиша к станом своим, акы уставше, а град- цкие люди .падоша, кой же и где успе, от труда. И не бе тоя нощи слышати ничтоже, развее стонание и вопль сеченых людей, но и еще живи бяху». На утро, по приказанию цесаря, собирали и хоронилй трупы, а раненых раздавали врачам. Трупы турок «безбожный» велел было метать пороками в город для заразы, но знавшие обширность города отговорили Магомета, и он распорядился мертвых сжечь. Через девять дней «скверный Магомет» велел вновь готовиться к приступу, а большую пушку переделать крепче прежиего. Па- триарх, вельможи и Зустунея убеждали цесаря отплыть из города «на.подобное место» и ждать прихода братьев с Арбаиашами; может быть, и сам «безбожный Махмет» устрашится и отступит от города. Co слезами отвечал им цесарь: «Хвалю и благодарю совет ваш и вем (знаю), яко на пользу ми есть сия вся, понеже могут сия вся тако быти; но како аз се сотворю и оставлю священство, церкви божия, цесарство и всих людей? и что ми сорчет вселенная, молю вы, рцете ми! Ни, господии мои, ни! но да умру зде с вамй!» Снова послали за помощью в Аморею, на острова и к фрягам. 203 '■-: