b000001756

с однимп воротами: «около града сотворите змий веліж, во главу бы змиеву въезд во град». Кроме того он велел решительно на всем изо- бразить «знамя» змия, а себе «сделати меч самосек аспид-змий» (такие мечи известны и западной литературе). Когда на Вавилон напали войска лод предводительством Тевриза Мореистровича, Атлана Вавило- нянина и Дятковича властелина Болгаристра, выехал на бой и сам Навуходоносор, «тогда меч-самосек аспид-змий от царя из ножен вы- порхнул и нача без милости сечь». Спустя много лет, перед смертью Навуходоносор велел замуровать этот меч в городскую стену и не вынимать его до скончания века. Но его сын и наследник Василий, при нашествии неприятелей, достал этот меч по совету своих при- ближенных и выехал с ним на бой. Меч выпорхнул из ножен и отсек голову самому Василию и его воинам. Затем ожили и езвилон- ские изображения змиев и переели всех жителей. «А что был великий змей около града камен, и тот жив стал, свистая и рыкая. От тех же мест и доныне царствующий Вавилон град новый пуст стал». Эта «Притча», скомпанованная из книжных и фольклорных мо- тивов, дошла в поздних текстах, но возможно, что существовала и в XV в. (и ранее). Позволим себе высказать предположение, что она создалась у сербов, например на далматинском побережье, где сильна была западная стихия. На Балканский полуостров могут указывать заглавие — «Притча», такое название, как «Мореистрович», «Болгаристр» (Истр-Дунай) и упоминание между врагами Навуходоносора цаірей «Далматинских». Едва ли, однако, можно связывать эту «Притчу» с Пахомием Сербом. В связи с легендами о драгоценных царских инсигниях древней- шего центра власти и роскоши, за что на него сыпались библейские проклятия, стоит и послание в Вавилон греческого царя Льва за цар- ской утварью, принадлежавшею некогда Навуходоносору. Собрав вой- ско, Лев направляется к Вавилону. He доходя 15 поприщ, он остана- вливается, выбирает трех благочестивых мужей — грека, обежанина (т. е. абхазца) и русского и посылает их в Вавилон «взять знаменйе» у святых трех отроков, Анании, Азарии и Мисаила (по Библии они не сгорели «в пещи Вавилонской»). «Идоша посланницы медливо эёло, понеже путь тесен, и 'с великою нуждою идоша». Вокруг города «израсте былие великое, аки есть волчец, трава безугбдная». Было тут кроме того много «гадов всяких, змии и жабы велшсия... имже числа несть, аки великия копны сенные, виющеся от земли и до верху: ови свисташаі, а иныя шипяще, и от иных студено йзхождаше, аки в зиме студено быть». Пробравшись мимо гадов, посланники увидели стены города, вокруг которого лежал великий змий. К стене городской была приставлена лестница с надписью на языках грече- ском, обежском и славянском о том, что по этой наружной и затем внутренней лестницам можно проникнуть в город, а там уже легко добраться до церкви с гробницами трех отроков. Сделав, как сказано, послы нашли на гробиице кубок «чуден зело, сотворен от злата и украшен жемчугом и камением драгим, стоит же тот кубок полн мира и ливана». Посланники попили из кубка, развеселились и на- долго уснули. Проснувшись, хотели было взять кубок, но из гробницы шщщтшттттщттт