b000001756

а эмоциональный. В рабстве так тяжело, что даже взрослому нельзя не заплакать. Неужели мы, тіея всюду разбросанные чисто литературные эле- менты, так или иначе их не упомянем, так или иначе с ними не ознако- імимся? Мы должны их упоминать и знакомиться с ними, потому что такого обилия литературных памятников, где бы все эти манеры были приведены в известный художественный комплекс, мы не имеем. Мы должны иной раз собирать по крошкам. Позвольте сказатъ лично о себе, о тОм, как я отношусь к древ- нему русскому литературному материалу, да и вообще к литератур- ному материалу. Я, как литературовед, отношусь к этому материалу как к продуктуі искусства. Можно, ведь, относиться по-разному, например, со сто- роны побочных признаков материала, а не со стороны его существа. Для меня же исключительно интересно именно художественное существо памятников, которые мы будем с вами изучать. Такое отношение к литературе не помешает самому широкому историзму, так как ее художественные свойства в смысле показательности не уступают, по-моему, другим определителям состояния общественных отно- шений. К сожалению, многие ученые почти не обращали внимания на эс- тетический момент в литературе. Особенно в прошлом и особеино среди исследователей древней литературы эстетическое отношение бьио вовсе не обычно. Это, конечно, недостаток, но и эстетическое отношение к художественньм памятникам прошлого должно быть историчным, т. е. должно учитывать ту степень или тот вид художе- ственности, который существовал в старое время в разные его периоды. Наибояее чутким наблюдателем и теоретиком художественности в древней литературе был Федор Иванович Буслаев. Эстетический момент в его литературоведческой работе был очень силен, и до сих nop Буслаев во многом остался авторитетом, тем более, что. был чрезвычайно образованным, сказатъ без преувеличения, рбра- зованным в европейском масштабе. Ни романская, ни германская фило- логии не являлись для него сторонней специальностью. Ок в них был так же опытен, как в области русской, и воспитал большинство рус- ских историков литературы. Под большим влиянием Федора Ивано- вича Буслаева нахожусь и я. Ои занимался литературай, языком и изобразительньш искус- ством — живописью и скульптурой — как отдельными специальностями, так и взаимоотношением их, а некоторые из них он в России прямо начинал наново. Ему принадлежит первая истор'Ическая грамматика русского языка. Затем, он первый проводил западноевропейские лите- ратуроведческие теоріиа в России и основывал на них свое ведениа литературы. • Он первый провел в литературоведение методологию мифологи- чёской школы. Когда же изжил эту методологию, тогда первый ввеіл методологию сравнительно-исторической школы, пріичем, щедро при- влекая к сравнению с русскими памятниками зарубежные, попутно 9