b000001756

Олешина в Канев, то увидели в высоте эту великую церковь и спро- сили бывших с нами: а какая это церковь? Нам сказали: Печерская, которую вы должны расписывать. Мы рассердиллсь и хотели бежать вниз (по Днепру). Ночью сделалась на реке сильная буря; на другой же день, вставши, мы увидели, что были у Треполя, и лодка сама шла вверх, против течения, как-будто сила какая-то влекла ее. С тру- дом удержали мы ее и простояли весь день, размышляя: что бы это значило, что прошли мы в одну ночь, не гребя, такой путь, какой другие в три дня с трудом проходят? На другую же ночь увидели мы эту чудную ишну наместную, и она говорила нам: напрасно мятетесь и хотите бежать, не покоряетесь воле сьша моего и моей! Истину го- ворю вам : ести не послушаетесь меня и захотите бежать, я возьму всех васі и с Ьашей лодкой поставлю у церкви моей. И то знайте, что вы не выйдете оттуда, но, постригшись в монастыре моем, там скончаетесь. И я дам вам милостъ в будущем веке ради строителей этой церкви, Антония и Феодосия. Мы же, вставши, на другой день хотели бежать и много трудились, гребя вниз, а лодка шла вверх. Наконец, пови- нуясь воле бога, мы о^дались силе его, и скоро лодка сама пристала fK берегу под монастырем». И так и те и другие, зодчие и живописцы, кончили жизнь свою в монашенском чину и положены в прытворе. Свиты их и ныне лежат на полатях; и книги их греческие хранятся в память такого чуда». «Слово о создании церкви Печерской», откуда предло- жены здесь главные части рассказа в дословном переводе со старо- русского текста, составлено Симоном, как видите, очень искусно. Медлительность его повествования, свойственная вообще средневеко- вой манере, склонной, подобно былинам, к ретардациям, зависела, между прочим, от употребления прямой речи вместо косвенной, что мы видим постоянно и в повестях русской летописи. Затем, особая обстоятельность повествования была необходима Симону, чтобы обос- новать каждую черту, характерную для чуда. Хозяиственныи епископ ни на минуту не забьгеал, что чудо чудом, а и для реализации чуда необходимо «золото», о котором, оказывается, позаботилась даже сама царица небесная. В целях экономии времени мы еще опустили здесь эпизод, как суздальский боярин украл у Георгия Симоновича часть эолота, назначенного на оковку, гроба Феодосия, и как растраченное эолото чудесно пополнилось. Эти, необходимые для Симона, но стили- стически побочрсые детали не уменыпают, однако, стройности «Слова», поданного весьма эффектно, с расчетом заинтересовать читателя: сначала, например, сказывается загадочное появление мастеров, и лишь потом загадка разрешается. Такой «оборотный» порядок сказа наблюдается и в других произведениях раннего средневековья, на- пример, в летописном анекдоте о смерти Ояега («Пювесть времен- ных лет» под 912 г.). Вѵорое произведение, которое входит в основу Киево-Печерского патерика— это послание Поликарпа, киево-печерского монаха, к своему игумену Акиндину, написанное в 1232 г. В витиеватом пре- дисловии Поликарп адресует Акиндину следующее объяснение своего пцдация; «Я стану, говорить тебе о жизни, деяниях и знамениях дивных №