b000001756

чйние в XI — XII вв. придавалось Киево-Печерскбму монастырю й как его книжники, участвовавшие в составлении летописи, стара- лись создать культ своего Імонастыря в общерусском масштабе, свя- зывая историю этой местной монашеской организации с нолитической историш России. Одним из сильных средств рекламирования этого монастыря было воздействие конкретными проявлениями его маги- ческих сил, чем и воспользовались монастырские книжники, включив в общерусскую летопись прославление монашеского стада, собранного Феодосием, и эпизоды подвижничества четырех его «мужей чудных». Но оказывается, что этими четырьмя рассказами не исчерпывалась магическая хроника Киево-Печерского монастыря за ХГ и XII вв.; их было там гораздо больше, как это видно из двух главных статей Киево-Печерского патерика, именно из посланий Симона к По- лтшарпу и Поликарпа к Акиндину, в которых и находятся еще 20 с лишком рассказов о стіаринных подвижниках КиеБО-Печерского монастыря. Обращает внимание то, что оба эти писателя, пришедшие в зрелый возраст — один в конце XII в. (Симон), а другой в начале XIII в. — сообщили в своих посланиях (Симон в 20-х, а Поликарп в 30-х годах) факты подвижничества в Киево-Печерском монастыре, случившиеся до половины XII в., причем две трети этих фактов или произошли в XI в., или не заходили за первое десятіилетие ХІІ-го. To есть Симон и Поликарп сообщали преимущественно события более чем столетней давности. Такая архаизация не может быть отнесена толъко на счет источников, например, на счет пропавшего для нас жития Антония Печерского, которым и Симон и Поликарп пользо- вались, отыскав его после 160-летнего забвения. Важно, что они отыскивали эту древность, свидетеяьствуя этим о своем влечении к славной старине южной, Киевской Руси, которая уступила теперь (XIII в.) свое место Суздалыцине. Поводом к составлению послания Симона, епископа Владимир- ского, к Поликарпу являются следующие обстоятельства, изложен- ные в вводной части послания. Весьма строптивый и честолюбивый монах Киево-Печерского монастыря Поликарп захотел сделать быст- рую карьеру и, войдя в расположение к светским властньш фео- далам, всячески продвиігал свою кандвдатуру на высшую церковную должность. Временно ему удалось поигуменить в двух монастырях, Козьмодемьянском и Дмитровском, но он захотел и епископства. Одна из тогдашних княгинь — жена Ростислава Рюриковича, по имени княжескому Верхуслава, Авастасия по-крещеному, — обратилась к епи- скопу Владимирскому Симону с предло?кением продвинутъ кандидатуру Поликарпа на какое-нибудь епископское место. Симону это не понра- вилось. Он почувствовал, что Поликарп очень спешит сделіать свою карьеру, не имея на то, однако, болъшнх данных; не выучившись как следует повиновеиию, он уже желал повеліевать. И вот Симон написал Поликарпу, что он с удовольствием приложил бы свои руки к тому, чтобы сделать Поликарпа сопрестольным себе еписко- пюм в Суздальской эемле, как и хотел было брат Верхуславы, князь Георгий Всеволодович, но прщплось отказать ему в этом из-за «мало- 114