b000001756

лось. Уже, брзтья, невеселая пора настала, уже пустыня силу при- крыла». Дальше — олицетворение постигшей Русь «обидьг», образ не совсем понятный: «Подаялась Обида в силах Даждьбожьего внука (т. е. среди рус- ского ыарода). Вступила она девою на землю Троянову, всплескала лебедиными крыльями на Синем море, у Дона, пробудила память о временах обилия». Причина «невеселой годины» в том, что князья стали биться не с половцами, а между собою, споря о владении областямн и зарясь на чужое. «Усобицы князей против поганых прекратились, потому что гово- рил брат брату: «это моіе и то мое же!» «И стали князья про малое говорить: «это великое», и сами на себя крамолу ковать, а поганьге приходили со всех сторон с победою на рус- скую землю». «О, далеко залетел соісол, избивая птиц, — к морю! А уж Игорева полка не воскреситьі» Пропускаю здесь несколысо неясных образов. «Жены русские расплакались, говбря: «уже нам о своих милых любимых ни мыслью не промыслить, ни думою не продумать, ни глазами их повидать, а золото-серебро в руках не подержать!» И за- стонал, братья, Киев от печали, а Чернигов от напастей; тоска раз- лилась по всей русской земле». Храбрые Святославичи, Игоръ и Всеволод, снова пробудили на- пасть, которую было «усыпил» старшнй в их роде, великий князь Святослав Киевский, разб^гоший за год перед тем половцев и взяв- ший в плен их хана, Кобяка. «Святослав грозный великий Киевский прибил своими сильными полками и булатньми мечами, наступил на землю половецкую, при- топтал холмы и овраги, замутил реки и озера, иссуііійл потоки и- бо- лота, а поганого Кобяка из залива морского, из железных полков поло- вецких выхватил, как вихрь, и упал Кобяк в городе Киеве, в грид- ніице Святославовой». ' «Тут Немцы и Венециане, тут Греки и Мораване (т. е. Чехи) поют славу Святославу и корят князя Игоря, который потопил обилие на дне Каялы, реки половецкой, где насыпали русского золота, а Игорь высадился из седла золотого в седло рабское. Запечалидись город- ские стены, и веселие пояикло». В исключительном внимании европейских народов к судьбе полов- цев нет поэтического гиперболизма. Они кочевали и по Балканскому полуострову и по Малой Азии, будучи нанимаемьг разными государ- ствами для участия в международньЕс и внутренних войнах. Следует, полііый предчувствием бед, сон Святослава Киевского: «А Святослав этой ночью тревожный (<(мутен») сон видел в Киеве на горах». Горы Киевские, «в Киеве на горах» — нередкое в книжности выражение. «С вечера одевали меня, сказал он, черным покрывалом на кровати тиоовой («тис» — вообще дорогое дерево), черпали мне синее вино, смешанное с горем, сыпали мне пустым колчаном великий жем- 107