b000001755

72 азъ не возхмелюся, и тако шедши мысляше, яко купя испити ли, или не пити. И абіе убо жажда на него нахождаше зѣло люта, ея же ни како не возможе пре- одолѣти, еже бы не купйти пьянственнаго сего питія, и не испивъ мимо пробѣгнути. А еже завѣтъ свой Вогу завѣща еже не пити пьянственнаго питія, сіе въ то время ни како на умъ его не взыде. И тако много убо брався съ мыслію, и не возможе ю пребороти, и шедъ купя меду яко въ бѣ, и нача пити. Видѣвше же его дерзновеніе къ пьянственному питію иніи чело- вѣцы держащіися сего пьянственнаго питія, и ту по всегда пребывающіи, начаша ему приносити овъ горѣлки, инъ же сѣкира сирѣчь пива. поведѣвающе пити, яко почесть ему творяще, онъ же не пріимаше у нихъ ни горѣлки, ни сѣкира, егда его пьянство не- розня, егда же нача его пьянство одолѣвати. Онъ же дерзну, и нача пити горѣлку, и сѣкиру, и нача тако- же упиватися, и творити, якоже и прежде бѣ творилъ, итако творяше дней десять, Сродницы же его и бого- боязливіи человѣцы, видѣвше его такое предъ Вогомъ неисправленіе, начаша тужити и сѣтовати о немъ, и начаша отвращати его отъ пьянственнаго питія, и глаголати ему, дабы онъ завѣтъ свой воспомянулъ, якоже прежде бѣ обѣщался Вседержителю Богу, еже до смерти не пити пьянственнаго питія, то дабы сего гонзнулъ, оиъ же по малу нача во умъ себѣ внимати, и вся благая помышдяти, како бы престати отъ ду- шевреднаго сего питія, и нача его ни по малу пріи- жати, и абіе въдругъ всеконечно преста. И егда убо истрезвившуся ему весьма отъ того пьянственнаго питія, и уже не пріемдющу ему того питія яко дней лять, а еже яко бѣ ему истрезвяся не коснѣвъ ни