b000001687

'-А^л^Г ....- 85 ВИКО И ЕГО «НОВАЯ НАУКА». 8& видно, не замѣчалъ преемственной связи, существующей между ними и Бэкономъ. Въ одномъ мѣстѣ онъ полупрезрительно, полу- снисходителъно называетъ философию Локка «смѣсью эпикуреизма съ платонпзыомъ». Въ другомъ мѣстѣ, именно въ своихъ мемуарахъ, онъ замѣчаетъ: «Не смотря на невѣжество въ геометріи, эпикуру удалось, при помощи довольно хорошаго метода, построить на своей механической физикѣ чисто- сенсуалистиче- скую метафизику, въ родѣ метафизики Лок- ка, и этику, основанную на наслажденіи, годную единственно для людей,, живущихъ въ уединеніи, что онъ и совѣтовалъ своимъ ученикамъ>. О популяризаторахъ и продод- жатѳляхъ Локка Внко умалчиваетъ совер- шенно. Съ другой стороны, его собственные пріемы и взгляды, какъ мы видѣли, во мно- гихъ отношеніяхъ очень близки къ пріѳмамъ и воззрѣніямъ Локка. Локкъ и его школа ставили, невидимому, Вико въ тупикъ. Съ одной стороны это могли быть для него люди, просто пользовавшіеся безусдовнымъ правомъ свободнаго изслѣдованія, нровозгла- шеннымъ Декартомъ. Поэтому онъ могъ ду- мать, что, поражая Декарта, онъ уничто- жаетъ корень заблуждевія, такъ что отпрыски должны исчезнуть сами собой. Съ другой стороны, онъ не могъ однако не видѣть, что критеріемъ истины для Локка и его послѣдователей не была уже ясность и от- четливость личнаго сознанія. Разъ личность нерестаетъ быть носительницею всѣхъ ис- тинъ, который врождены ей, разъ источни- комъ нашихъ идей признанъ опытъ, — тѣмъ самымъ налагается пзвѣстное ограниченіе на голое личное сужденіе: анархія прекра- щается пли, по крайней мѣрѣ, сдерживается. Философія Локка и его преемниковъ гово- рила взбунтовавшейся въ лицѣ картезіанизма личности: идеи, которыми ты обладаешь, не родились съ тобой, ты усвоила ихъ путемъ опыта; слѣдовательно, твое сужденіе не непо- грѣшимо, оно существенно зависитъ отъ свойствъ пройденнаго тобою жизненнаго пути. Этой стороны дѣла, которая, повиди- мому, должна бы была удовлетворить Вико, онъ какъ бы не замѣчалъ, а если и замѣчадъ, то точно чуждался ея. Можно думать, что здѣсь вліядо сдѣдующее важное обстоятельство. Вико неоднократно жалуется на преобладаніе въ его время изученія природы надъ пзученіѳмъ общества. И онъ быль правъ. Правъ, во-первыхъ, фак- тически, ибо усилія мысли не только во время Декарта, а и позже сосредоточи- вались преимущественно на ней самой. Актъ мышденія, ■ — вотъ что составляло центръ всѣхъ изслѣдованій, собственно философекпхъ въ обычномъ смыслѣ этого слова. Къ этому центру непосредственно примыкалъ вопросъ объ отношеніяхъ чело- вѣка къ природѣ. Затѣмъ совершенно неза- висимо стояло точное знаніе, дѣлавшее въ лицѣ Ньютона, Гюйгенса и другихъ гро- мадные шаги впередъ. Вопросы обществен- ной жизни занимали послѣднее мѣсто. Отто- го ли это зависѣло, что таковъ былъ крити- чески толчокъ. данный Лютеромъ, оттого ли, что таковъ неизбѣжный порядокъ обновле- нія міросозерцанія, такъ или иначе, но фактъ былъ указанъ Вико вѣрно. Вокль, совер- шенно, впрочемъ, произвольно, что онъ и самъ говоритъ, признаетъ 1750 годъ момен- томъ перелома въ пользу нравственно-поди- тичесішхъ вопросовъ. Во всякомъ случаѣ Вико могъ захватить этотъ переломъ только развѣ послѣдними днями своей жизни. Не въ томъ дѣло, что нравственно-политическія истины, опираясь на изученіе законовъ при- роды, неизбѣжно позже естественныхъ на- укъ принимаютъ законченный научный ха- рактера Вико видѣлъ, что самый интересъ къ этого рода вопросамъ, самое жеданіе ихъ такъ или иначе разрѣшить отступаетъ на задній пданъ. А между тѣмъ онъ въ то же самое время видѣдъ, какія пагубныя соціаль- ныя послѣдствія можетъ имѣть картезіанская философія, вовсе того не желая и не подо- зрѣвая. Дѣдая проломъ въ средневѣковой системѣ, Декартъ имѣлъ въ виду только онто- логпческіе, метафизическіе вопросы и силою своего ума притянулъ къ нимъ интересы мыслящихъ людей. Локкъ и его преемники сдѣлали въ декартовой работѣ весьма важную поправку и вмѣстѣ съ тѣмъ сосредоточили фплософскій интересъ на психологіи. Въ та же время своимъ чередомъ развивалась на- ука о природѣ. Забвеніе вопросовъ нрав- ственно-подитическихъ должно было возму- щать органическій умъ Вико, какъ пробѣлъ, какъ односторонность, какъ неравномѣрное, негармоническое распредѣленіе составныхъ частей новаго міросозерцанія. При этомъ если Локкъ и его школа съ одной стороны и астрономы и физики съ другой положили извѣстныя границы безусловной свободѣ лич- наго сужденія, то Вико не могъ этимъ удов- летвориться; ибо въ области нравственно- политической картезіанскій принцппъ про- доджалъ жить и только слегка осложнялся опытно-наблюдательною прпмѣсью. Доживи Вико до торжества Гурнэ и его школы, онъ, безъ сомнѣнія, усмотрѣлъ бы въ этомъ от- прыскѣ Локка значительную примѣсь карте- зіанства: какъ картезіанцы нризнавалп каж- дую отдѣльную личность носительницей всѣхъ истинъ, такъ экономисты признавали ее но- сительницею всѣхъ правъ, не обязанною сму- щаться впчѣмъ, лежащимъ за ея предѣдами. Зерно этой доктрины заключалось уже въ- Локкѣ, и въ смутномъ пониманіп или вѣрнѣе