b000001687

855 сочинЕШЯ н. к. кончить иллюзіи славянъ насчетъ «русскаго Емени>. Въ этомъ, конечно, еще бѣды боль- шой нѣгь: зачѣмъ держать въ невѣдѣніи этихъ наивныхъ болгаръ и сербовъ? зачѣмъ поддерживать тотъ миражъ, который они создали себѣ, глядя на насъ издали! Вотъ мы каковы; смотрите на насъ, вложите паль- цы въ наши раны и ждите отъ насъ только того, что мы въ состояніи дать; вотъ мы передъ вами нагишомъ, какъ насъ мать, «матушка Русь», родила... Обидно и больно, потому что могло бы быть иначе, лучше, хоть я ни на минуту не жадѣю о томъ, что сербы узнали часть правды. Удивляться нашей политической невоспи- танности нечего; некого и винить, пожалуй. Можно ли, въ самомъ дѣлѣ, винить въ ней того необузданнаго добровольца, который кулаками расправлялся съ братьями-сербами и болгарами? или того другого, который отличался избіеніемъ проститутокъ? или того третьяго, который былъ безъ просыпа пьянъ всю кампанію? Ничего иного они и дома не дѣлади, а подъ свалившеюся на нихъ съ неба ролью «спасителей» они есте- ственно должны были одурѣть окончательно. Въ своей ненависти они, можетъ быть, даже думали, что поддерживаютъ честь и достоин- ство русскаго имени предъявденіемъ гро- мадныхъ кулаковъи желудковъ, способныхъ вмѣщать невѣроятное для серба количество водки и вина! Можно ли удивляться поли- тической невоспитанности г. Суворина, это- го добровольца славянофильства, когда роль общественнаго руководителя въ тревож- ную и важную минуту свалилась на него такъ же съ неба, такъ же внезапно, какъ и роль спасителя на пропойцу и ры- царя кулака? Подумайте только объ этой превратности судебъ. Человѣкъ, бывшій вче- ра обыкновеннѣйшимъ пьяницей и данти- стомъ, сегодня исправляетъ должность спа- сителя угнетенныхъ! Газета, которая еще вчера зазывала къ себѣ подписчиковъ Пи- кантнымъ романомъ съ раздѣтыми кокотка- ми и тайнами ихъ будуаровъ, ея издатель, прославившійся сколько талантливою игри- востью своего остроумія, столько же нено- стоянствомъ своихъ убѣжденій, и до сихъ поръ извѣстный скорѣѳ своимъпренебреже- ніемъ, чѣмъ сочувствіемъ къ «славянской идеѣ», — эта газета и этотъ издатель стано- вятся вдругъ руководителями великодушной общественной симпатіи! Изъ горчичнаго зерна, что бы ни говоридъ г. Спасовичъ, вырастетъ не дубъ, а горчица. Винить весь этотъ людъ, претендовать на него, негодо- вать можно развѣ только по свойственной человѣческой природѣ склонности къ идоло- поклонству, и, следовательно, иконоборче- михайловскаго. 856 ству. Такъ ужъ устроенъ человѣкъ, что ему необходимо сорвать недоброе чувство на комъ-нибудь, на личности, хоть дѣло совсѣмъ не въ ней, а въ тѣхъ общихъ условіяхъ, который ее выдвинули. Да не подумаетъ однако читатель, чтобы я повѳлъ рѣчь объ этихъ общихъ условіяхъ. Я только къ тому, что какъ въ самомъ дѣлѣ странно сложи- лись обстоятельства, странно и совершенно неожиданно! Представимъ себѣ, что года два тому назадъ нашелся бы такой мудрецъ, который предвидѣлъ бы все это разрастаніе малѳнькаго и въ началѣ почти безнадежнаго герцеговинскаго возстанія. Очень трудно, конечно, вообще допустить возможность та- кого мудреца, но нѣкоторыхъ подробностей, и немаловажныхъ, онъ, будь онъ хоть се- ми пядей во лбу, ни за что не предсказадъ бы, даже если бы ему въ общихъ чертахъ извѣстно было, что, вотъ молъ, вступятся въ дѣло Сербія и Черногорія, пойдетъ рѣзня въ Болгаріи, потекутъ такіе ли, сякіе ли добровольцы изъ Россіи, переполнятся га- зеты славянолюбивыми статьями и проч. Можно, напримѣръ, голову прозакладывать, что мудрецъ предсказалъ бы при этихъ общихъ условіяхъ необыкновенное развитіѳ и процвѣтаніе славянофильской литературы. Казалось бы, что мы переживаемъ (вѣрнѣе, пережили) минуту необыкновенно для этого удобную. Славянофилы представляли собою уединенную, но сплоченную, твердую един- ствомъ и силою убѣжденія кучку людей, да- же въ такія времена, когда на нихъ косо смотрѣли и сверху, и снизу, и съ правой, и лѣвой стороны. Теперь — не то. Теперь-то бы имъ и развернуться, потому что и обще- ственныя симпатіи, и высшая политика сложились точно по ихъ заказу. Почему же мы не видимъ славяне фильскихъ газетъ, славянофильскихъ книгъ, брошюръ, кото- рый бы освѣщали съ своей точки зрѣнія событія? Я говорю, конечно, о настоящнхъ славянофилахъ, о регулярной арміи славяно- фильства, а не о его добровольцахъ, кото- рыхъ, можетъ быть, даже черезчуръ много, или, по крайней мѣрѣ, черезчуръ они лѣ- зутъ въ глаза. Правда, г. Владиміръ Ла- манскій недавно началъ печатать въ «Но- вомъ Времени > рядъ статей; но пока онѣ представляютъ не болѣе какъ «взглядъ и нѣчто>, да и то газета, пріютившая ихъ, сочла нужнымъ замѣтить, что, конечно, съ авторомъ можно не соглашаться, но должно признаться, что онъ — славистъ. Это впрочемъ мы и безъ примѣчаній знали. Правда гг. Градовскій, Мещерскій, Миллеръ, болѣе или менѣе прикосновенные къ славянофильству, довольно дѣятельны и даже ведутъ изъ глу- бины русскихъ газетъ переписку съ высоко- поставленными англійскими политическими