b000001687

851 СОЧИНЕШЯ н. к. Наше прошлое не пріучило насъ къ такому анализу нашихъ силъ и слабостей. Россія есть великая держава, голосъ которой имѣ- ѳтъ громадный вѣсъ въ европейскомъ аре- опагѣ, потому что она можетъ выставить милліонъ штыковъ и ту храбрость, то умѣнье умирать своихъ подданныхъ, который те- перь такъ блистательно развертываются въ сербско-турецкой войнѣ. Эта сила Россіи, какъ великой державы, составляетъ одинъ изъ нѳмногихъ вполнѣ несомнѣнныхъ, не- пререкаемыхъ результатовъ нашей исторіи. Своею почти исключительною несомнѣн- ностью онъ затмѣваеть вопросъ о силахъ Россіи въ другихъ отношеніяхъ — силах^, который имѣди мало возможности обнару- житься. Благодаря этому, мы, образованные русскіе люди, имѣемъ склонность расширять понятіѳ о силѣ Россіи, какъ цѣлаго, и о различныхъ прѳвосходствахъ русскихъ лю- дей, преимущественно насъ самихъ. Если эта склонность сушествовала всегда и прежде, то теперь, когда мы дѣйствительно обнару- жили нѣкоторую силу, когда наши кровные и близкіе добровольно умираютъ за правое и великое дѣло, а сами мы, воодушевленные хорошимъ чувствомъ, даемъ сравнительно болыпія деньги — теперь эта склонность еще обострилась. Мы полагаемъ — это несомнѣнно, полагаемъ самымъ осязательнымъ образомъ, потому что даемъ способнаго генерала, храб- рыхъ волонтеровъ, деньги, докторовъ, на- конецъ, моральный фактъ сочувствія, значе- ніе котораго трудно взвѣсить, но оно во всякомъ случаѣ велико. Это такъ неожи- данно для насъ самихъ, что ослѣпляетъ. Мы помогаемъ, значитъ мы — сила. Мы такъ бо- гаты, что, по увѣренію одного корреспон- дента, сербы смѣло могуть вмѣсто пуль стрѣ- лять въ гурокъ серебряными цѣлковыми, по- тому что Россія пришлетъ ихъ сколько угодно. Мы такъ превосходны, что даже наша кулачная расправа подбита «хорошей лодкладкой>. Мы такъ превосходны, что должны слѣдовать во всѣхъ сферахъ дѣя- тельности непремѣнно самобытному націо- нальному направленію. Мы такъ велики, что, по увѣренію «Современныхъ Извѣстій>, «одинъ видъ присланныхъ изъ Россіи са- погъ производить на турокъ паническій страхъ». Мы такъ богаты знаніемъ, что «Недѣля> смѣло можетъ не появляться съ кружкой съ надписью: «на народное обра- зованіѳ» — мы все равно ничего не поло- жимъ... Ну, а за превосходство требуется, разумѣется, вознагражденіе. Кто требуетъ титула спасителя и дарового вина, кто — Константинополя, кто — гегемоніи Россіи, кто— право рѣшить судьбу народовъ и про- возглашать королей, кто — удостовѣренія въ высокихъ качествахъ ума и сердца, кто — михайловскаго. 852 сочувствія даже «чиновника совсѣмъ посто- ронняго вѣдомства», вродѣ финна. А между тѣмъ нужно только «выгнать турку >. Когда я вижу юношу-волонтера, принимающаго передъ собравшеюся въ вок- залѣ публикой красивый, молодцоватыя позы, то даже и эту маленькую, невинную и, ко- нечно, вполнѣ простительную спекуляцію на- хожу совершенно ненужною. Къ чему? Онъ ѣдетъ на такое великое дѣло, что любовь женщинъ, для которыхъ, конечно, только и стоить принимать красивый позы, пойдетъ въ придачу. Есть, конечно, и исключеніе. Есть сухіе доктринеры, засѣвшіе въ той или другой мертвой формулѣ и ради нея скептически относящіеся къ живому дѣлу. Это большею частью — либералы, затвердившіе отрицатель- ное отношеніѳ къ «военному подвигу», какъ кто-то йъ нихъ выразился, и ту въ осно- ваніи своемъ совершенно справедливую фразу, что внутреннія дѣла должны прими- ровать надъ внѣшними. Они забываюгь, что военный подвигъ — военному подвигу рознь и что самый крупный фактъ нашей внут- ренней жизни есть въ настоящее время возбужденіе сочувствія къ угнетенному люду. Нѣкоторыѳ боятся замарать руки о тѣ не- красивыя осложнѳнія этого возбужденія, ко- торый я назвалъ спекуляціей. Они некра- сивы — это правда; они подчасъ отврати- тельны; они могуть въ бдижайшемь буду- щемь, хотя и временно, тяжело отозваться на насъ самихъ, образованныхъ русскихъ людяхъ, умствующихъ и спекудирующихъ. Но, не говоря уже о томъ, что это будетъ кара по засдугамъ, отъ этого нисколько не мѣняется подожѳніе славянскаго вопроса. Чьими бы руками ни было свержено турец- кое владычество, хотя бы руками пьяной сволочи, радикальное рѣшеніѳ славянскаго вопроса останется великимъ событіемъ, дол- женствующимъ отразиться (и, конечно, не къ худу) на соціальной физіономіи Европы. Если читатель скажетъ, что и это — умство- ваніе, спекуляція, такъ я отвѣчу, что я вовсе [не предлагаю отказаться отъ по- пытки угадать грядущія событія. Я говорю только, что умствованія не должны быть вводимы въ самое дѣло, что не слѣдуетъ добиваться какихъ-нибудь побочныхъ резуль- татовъ, лежащихъ на пути къ освобожденію славянъ или совсѣиъ внѣ этого пути стоя- щихъ. Еслибы было доказано, что предпо- доженіе о вііяніи свѳрженія турецкаго вла- дычества на европейскія дѣла ошибочно, то все-таки стоить потрудиться надъ уборкой кольевь, на которые сажають людей, и кре- стовь, на которыхъ ихъ проклинають. Есть и другого рода исключенія. Есть люди, столько же, какъ и сухіе либералы,