b000001687

839 сочинЕшя н. к. михайловсеаго. 840 ясности — запутанность, величію... величію была сплошь и рядомъ противопоставлена низость и пошлость. Это я — о цѣлой Евро- пѣ, объ исключеніяхъ — потомъ. Яснѣе всего выразилась роль Англіи. Я полагаю, что Англія оффиціальная, на которую сыпалось и сыплется столько заслуженныхъ проклятій, была тѣмъ не менѣе вѣрнымъ представите- лемъ и блюститѳлемъ интересовъ своей страны, т. ѳ. Англіи, какъ она въ данную минуту существуетъ — Англіи, имѣющей из- вѣстную соціальную физіономію, которая можетъ съ теченіемъ времени измѣняться, но въ данную минуту совершенно опредѣ- ленна. Англія давно овладѣла турецкимъ рынкомъ и вытѣснила туземную промыш- ленность. Ея фабрикантъ и купѳцъ — эконо- мическіе владыки Турціи. Поэтому она са- мымъ кровнымъ образомъ заинтересована въ продолженіи турецкаго или какого-либо подобнаго владычества. Грѣхъ славянъ пе- редъ Англіей, страшный грѣхъ, котораго она не можетъ простить, пока не изменится ея соціальная физіономія, состоитъ въ томъ, что они могутъ «сами удовлетворять своимъ потребностямъ > . Пусть уничтожится турец- кое владычество, но вмѣстѣ съ тѣмъ пусть извратится грубая натура турецкаго славя- нина; пусть эти трудолюбивые болгарѳ и боеняки излѣнятся, пусть обособится въ нихъ достаточный классъ тунеядцевъ, пусть въ этихъ полудикихъ черногорцавъ, въ смир- ныхъ болгарахъ, въ герцеговинцахъ, въ сѳрбахъ разовьются потребности, которымъ они сами удовлетворить не въ состояніи — Англія будетъ молчать. «Что Литва, что Русь- ли», что турокъ, что сербъ — ей все равно, если за ней останется рынокъ, если сырье Валканскаго полуострова будетъ по прежнему направляться къ ней и отливать обратно въ видѣ обработанныхъ продуктовъ. Это — не капризъ: это— вопросъ о сушествованіи Англіи, какъ извѣстной комбинаціи соці- альныхъ силъ. Закрытіе такого важнаго рынка, какъ турецкій, отзовется на Англіи не финансовымъ только крахомъ, который данъ уже гибелью капиталовъ, вложенныхъ въ турецкія бумаги, а кризисомъ соціаль- нымъ, и чѣмъ онъ кончится — даже предвидѣть трудно; во всякомъ случаѣ — болѣе или менѣе значителънымъ измѣненіемъ соотношенія общественныхъ силъ. Какова будетъ та новая, измѣненная Англія, это — другой вопросъ; но нынѣшняя Англія имѣетъ, повторяю, въ лицѣ Дизраэли, Дерби и Эл- ліота — своихъ вѣрныхъ выразителей и пред- ставителей. Не помню, въ какой газетѣ про- читалъ я такое разсужденіе, что въ случаѣ европейской войны у Россіи можетъ ока- заться совершенно неожиданный союзникъ, именно — внутренній врагъ нашихъ прѳдпо- лагаемыхъ будущихъ враговъ — рабочій вопросъ. Я очень сожалѣю, что не запом-г нилъ названія газеты, потому что самое пе- ренесеніе вопроса на эту почву заслужи- ваетъ полнѣйшаго вниманія. Возможна, ко- нечно, и та комбинація, о которой говорить газета; но вѣрно то, что въ Англіи рабочій вопросъ долженъ съ паденіемъ турецкаго владычества рѣшительно обостриться. Тѣмъ не менѣе мы и въ нынѣшней Англіи слы- шимъ энергическіе и благородные голоса въ защиту славянъ. Что это значить? Только то, что чувства многихъ англичанъ нахо- дятся въ противорѣчіи съ интересами ны- нѣшней Англіи. До сихъ поръ фактически интересы перевѣшиваютъ чувства, и великой борьбѣ за освобожденіе противопоставляется гнусная спекуляція. Перейдемъ къ сочувствуюпщмъ. Здѣсь на первомъ мѣстѣ стоятъ русскій вародъ и русское обіцѳство. Везъ сомнѣнія, и русское правительство сдержанно, но нимало не дву- смысленно засвидѣтельствовало свое сочув- ствіе къ страданіямъ славянъ; но я не чув- ствую себя призваннымъ обсуждать его образъ дѣйствій. Меня занимаетъ необык- новенное возбужденіе русскаго общества и народа и то воспитательное значеніе, кото- рое могутъ имѣть для нихъ настоящія со- бытія. Какъ уже сказано, задача, разрѣшаемая на Валканскомъ полуостровѣ, крайне проста, а мотивы нашего участія къ ней очень сложны. Одни сочувствуютъ славянамъ, какъ единовѣрцамъ, другіе — какъ единоплемен- никамъ, третьи — какъ страдальцамъ, кото- ныхъ «припекаютъ, рѣжутъ, жгутъ», иные — какъ героямъ, ищущимъ независимости, и проч. Сами по себѣ однако всѣ эти разно- родные мотивы могли бы очень удобно схо- диться въ фокусѣ немногосложной задачи Инсарова: выгнать турку. Я, ты, онъ, мы, вы, они, отправляясь каждый отъ своего штандпункта, неизбѣжно приходимъ къ одно- му и тому же результату. Я — христіанинъ и сочувствую славянамъ, какъ христіанамъ, я иду въ волонтеры иди даю деньги на тотъ предмета, чтобы рога луны не надругались надъ крестомъ Христа, а это значить вы- гнать турку. Ты — демократъ и соціалистъ и сочувствуешь славянамъ, какъ безсословно- му трудящемуся люду, который не можетъ донести до рта имъ самимъ изготовленнаго куска хлѣба; донести кусокъ полностію до рта значить выгнать турку. Онъ — добрый и впечатлительный человѣкъ, которому не да- ють жить образы посаженныхъ на колъ бол- гаръ, распятыхъ и сожженныхъ сербовъ> обезчещенныхъ женъ и дѣтей; чтобы ото- гнать эти видѣнія, надо выгнать турку и проч. Подожимъ, что по окончаніи (удач-