b000001687

823 СОЧИНЕНЫ Н. К. МИХАЙЛОВСКАГО, 824 «го <въ дурную сторону» отнюдь не слѣ- дуетъ, потому что другіе сотрудники... <уста- новившаяся репутація газеты>... Позвольте. -Объ репутаціи — нотомъ: она теперь — подсу- димый. Вы же сами говорите, что репута- ція журнала «Дѣло», хоть и установилась тоже, да совсѣмъ неосновательно. Объ дру- гихъ сотрудникахъ тоже потомъ. Пропускъ г. Кавелина не случайный, хотя бы потому, что онъ очень важенъ, и я рѣпштельно не вижу способа истолковать его «въ хорошую <сторону>. А главное вотъ что: пропускъ — пропускомъ, а кого слѣдовало, г. Кавелинъ все-таки кольнулъ. Въ одномъ мѣстѣ онъ- таки упоминаетъ о западникахъ — сторонни- кахъ общины, но при этомъ, сказавъ нѣ- «колько словъ объ ихъ отношеніяхъ къ евро- пейскимъ теоріямъ, онъ замѣчаетъ, что •ошибка ѳтихъ людей состоитъ въ «примѣне- яіи европейской мѣрки къ нашимъ обще- ственнымъ явленіямъ. «Такая невольная (?) листификація, — продолжаетъ онъ: — плодъ со- -вершеннаю незнанія и очевиднаю непонима- шя дѣла, спутываешь всѣ понятія и оконча- тельно затемняешь вопроса». Я называю это оплеваніемъ. Хоть слово, я согласенъ, •очень неизящно, но я полагаю, что оно вѣр- нѣе характеризуетъ обзоръ дѣйотвія г. Ка- ледина, чѣмъ утвержденіе г. П. Ч. будто г. Кавелинъ <не сказалъ въ «Недѣлѣ» ни одного оскорбительнаго слова». Странное это дѣло: г. П. Ч., столь деликатный, съ такимъ <отвращеніемъ> относящійся къ жестокости зъ полемикѣ, подъ обвиненіемъ въ совер- япенномъ незнаніи, очевидномъ непониманіи, «путываніи понятій, окончательномъ затем- неніи вопроса подъ этимъ обвиненіемъ, до- .вольно-таки оскорбительнымъ для писателя м общественнаго дѣятеля, ни мало не крас- нѣя, подписываетъ: здѣсь нѣтъ ни одного -оскорбительнаго слова... О, г. П. Ч., лучше бы вамъ было исполнить мою просьбу и не плодить пререканій по разнымъ побочнымъ жопросамъ. Сами видите, что это для васъ же невыгодно. Пусть бы г. Кавелинъ быдъ самъ по себѣ, а вы — сами по себѣ. Я увѣ- ренъ, что онъ теперь смѣется себѣ въ бо- роду... Забавно, что г. П. Ч. пишетъ! «Сама ре- дакция оговорилась относительно письма г. Кавелина, что несогласна въ немъ съ самою постановкою вопроса. Наконецъ, въ «Недѣ- лѣ > же было помѣщено и возраженіе на это письмо. 'Все это, г. Михайловскій— факты, •факты, факты>. О, да, все это — факты, но «ели бы г. П. Ч. не три, а триста трид- цать три раза написадъ это слово, такъ отъ этого все-таки ни малѣйше не измѣнилось ■бы значеніе этихъ фактовъ. Спрашивается: яочему понадобились эти оговорки и возра- зкенія? Надѣюсь, г. П. Ч. не потрѳбуетъ, чтобы я еще и по этому поводу сталъ рыть- ся въ старомъ хламѣ. Такъ, по общимъ со- ображѳніямъ, думаю, что «Недѣля» сама изумилась излишней склонности г. Кавелина принижать критику посдѣ Бѣлинскаго, въ чемъ и состояли поправки и возраженія. Зачѣмъ же г. П. Ч. утверждаетъ, что г. Каве- линъ только современной критики не любить? А тѣмъ паче — зачѣмъ онъ уличаетъ въ не- добросовѣстности людей, которые прочли всю статью г. Кавелина, а <не съ 1303 стр.», какъ рекомендуетъ читать г. П. Ч.? Если же употребить < факты, факты, факты>, какъ оружіе противъ сдѣланной мною оцѣнки га- зеты въ цѣломъ, такъ и это будетъ очень неосновательно. Я ни малѣйше не сомнѣ- ваюсь, что въ «Недѣдѣ» можно найти еще и не такія противорѣчія: я вѣдь и уличалъ ее въ лоскутности, въ лавированіи между двухъ стульевъ, довольно впрочемъ неискус- номъ. Мнѣ пріятно заявить, что происходящій отсюда туманъ отчасти разсѣвается. Пріятно не только потому, что и вообще хорошо видѣть просіяніе мысли, а еще и потому, что приписываю себѣ въ этомъ дѣлѣ нѣко- торую заслугу. Да не увидитъ здѣсь г. П. Ч. покушенія на его самостоятельность. Нѣтъ— она неприкосновенна. Просто: я самою рѣз- костью постановки вопросовъ побудилъ его выразиться яснѣе. А вмѣстѣ съ тѣмъ уяс- няется и положеніе «Недѣли». Напримѣръ, побуждаемый моими упреками, г. П. Ч. въ чрезвычайно энергическихъ выраженіяхъ заявляетъ о своѳмъ сочувствіи и почтеніи къ нашей старой литературѣ. Я этому очень радъ, какъ потому, что это вполнѣ резонно, такъ и потому, что заявленіями этими закры- ваются нѣкоторые фонтаны газѳтныхъ рецен- зентовъ. Такъ забавнику-критику «С.-Петер- бургскихъ Вѣдомостей> уже не приходится радоваться тому, что, дескать, «Недѣля» му- жественно разрываетъ со всѣми тради- ціями, скромною хранительницею которыхъ доселѣ слыла. Далѣѳ: опять-таки вызванный мною, г. П. Ч. указываешь какъ на источникъ своихъ воззрѣній не на таинственную націо- нально - психологическую подкладку, а на книгу («нѣмецкую книжку>), какъ онъ самъ повторяетъ мои слова, «нѣмецкаго еврея». Это тоже очень важно. Можетъ, оно и не понравится кому-нибудь изъ апплодировав - шихъ «Недѣлѣ» и даже участвующихъ въ ней (хоть тому же г, Кавелину); можѳтъ быть, они припомнятъ весь ассортиментъ изрѣче- ній о европейскихъ мѣрахъ и тому подоб- номъ, но во всякомъ случаѣ дѣло уясняет- ся. Мнѣ пріятно заявить, что даже самыя слова «европейскія очки», «европейская мѣрка», «заграничный книжки», «національ- но-психодогическая подкладка», пестрившія