b000001687

783 СОЧИНЯШЯ Н. К. МИХАЙЛОВСЕАГО. 784 изъ иностранныхъ книжекъ. Г. П. Ч. рас- пространяетъ эту заграничную формулу и на Россію и, конечно, очень хорошо дѣлаетъ, потому что когда славянофилы и почвенники доказывали, что къ основѣ крупныхъ явле- ній русской жизни, въ отличіе отъ эгоисти- ческой Европы, лежать какія-то духовно- нравственныя причины— они говорили пу- стяки. Далѣе, какъ въ этой статьѣ, такъ и въ другихъ развивается идея товарнаго хо- зяйства, которою освѣщается и европейская и русская исторія. Между тѣмъ, эта идея есть та-же заграничная формула и принад- лежитъ не русскому какому-нибудь писате- лю, подложенному народной психологической подкладкой, а нѣмецкому еврею Марксу. Правда, г. П. Ч. объ этомъ не упоминаетъ, но объ этомъ нечего упоминать, потому что это всѣмъ извѣстно. Относительно русской литературы, которую г. П. Ч. такъ сильно презираетъ, я, конечно, уже изъ вѣжливости долженъ допустить полную его самостоятель- ность. Однако я встрѣтидъ у него не мало мнѣній, совершенно совпадающихъ съ тѣми, который въ русской литературѣ были изло- жены пятнадцать, двадцать лѣтъ тому на- задъ, когда народная психологичессая под- кладка не была еще изобрѣтена, и загра- ничный формулы, по показанію г. П. Ч., жестоко трепались. Имѣлъ я также удоволь- ствіе встрѣтить подобный же совпаденія съ нѣкоторыми моими мыслями, хотя я никогда не мечталъ о національной самобытности и, разумѣется, въ числѣ другихъ «мудрю надъ русской жизнью по иностраннымъ книж- камъ». Вообще г. П. Ч. поступаетъ, какъ и всѣ мы грѣшные, лишенные народной психологической подкладки: беретъ факты изъ европейской и русской жизни (большею частію историческіе факты, т. е. занесенные въ сочиненія по русской исторіи; новыхъ пли даже мало извѣстныхъ бытовыхъ фак- товъ онъ не приводитъ ни одного) и опе- рируетъ надъ ними при помощи идей, от- части добытыхъ изъ иностранныхъ книжекъ и русской литературы, отчасти самостоятель- но выработанныхъ. Я, конечно, за это не упрекаю его, потому что самъ поступаю точ- но такъ же, притомъ же онъ дѣлаетъ хорошее дѣло и дѣлаетъ его хорошо. Но зачѣмъ онъ портить его туманомъ самобытности, кото- рымъ самъ вовсе не дышетъ? Зачѣмъ онъ вводить людей въ соблазнь, участвуя въ не- благовидномь открытіи необитаемыхъ остро- вовь, пытаясь отбить людей отъ загранич- ныхъ формуль и иностранныхъ книжекъ, которыми самъ очень хорошо пользуется, я отъ своихь собственныхъ союзниковъ? Пусть г. Кавелинь строить свою вавилонскую баш- ню — онъ старь и золь и, пожалуй, имѣетъ свои причины злиться. Пусть »Недѣля» ему потворствуеть. А вамь-то что? Вы — писа- тель начинающій и, по всей вѣроятности, мо- лоды, передь вами цѣлая жизнь... Положа руку на сердце, говорю: мнѣ было тяжело писать о г. П. Ч., такъ что я даже коле- бался — писать ли, и пусть онъ это увидить въ самой рѣзкости моей... Я хотѣль было уже написать а 1а Спасо • вичь: я кончиль, какъ вспомнилъ, что со- всѣмъ не кончиль. Мыльный пузырь «Не- дѣли>, ѳя новое слово состоить вь томь, что она взяла готовое уже міросозерцаніе, т. е. старое слово, умолчала или обругала тѣхь, кѣмъ оно было сказано, и механически прицѣпила къ нему совсѣмь неподходящія подвѣски « самобытности >, «европейскихъ очковь» и проч. Подвѣски эти, конечно, могли только испортить дѣло и затуманить его. Но почему же этоть мыльный пузырь обратиль на себя столько вниманія? Соб- ственно на этоть вопрось я и хотѣлъ отвѣ- тить. Меня туть особенно «мыслящіѳ про- винціалы> занимають. Но это уже надо до другого раза. XXI *). Продолжѳніе предыдущаго. Въ своемь коротенькомь обьясненіи (№ 16) «Недѣля> стоить на томь, что ея воззрѣ- нія «не лишены нѣкоторой новизны или, по крайней мѣрѣ, самостоятельности >. Но почтенная газета, повидимому, не признаеть ихъ таковыми по существу, потому что ни- чего не говорить объ этомъ. Она гордится только происхожденіемъ своего мыльнаго пузыря, какъ я осмѣлился назвать сово- купность разсужденій «Недѣли». «Будущій историкъ русскаго общества, — говорить она, — замѣтитъ, что нашь пузырь явился плодомь не теоретическихъ построеній, ■ а внимательнаго наблюденія надъ фактами жизни, и притомь не жизни вообще, а именно жизни русской, текущей, совре- менной — и вь этомъ смыслѣ, можеть быть, назоветь его новымь. Этому-то опытно- наблюдательному происхожденію пузыря га- зета приписываеть возбужденный имъ ин- тересь. Вь этой саморекомендаціи любо- пытно очень осторожно выраженное, но тѣмъ не менѣѳ сильное презрѣніе иди, по крайней мѣрѣ, недовѣріе къ «теоретическимь построеніямъ > и къ с внимательному наблю- денію фактовь жизни вообще». Мы— не какіе- нибудь теоретики, рекомендуется «Недѣля», мы — наблюдатели, и притомъ наблюдаемъ факты только текущей русской жизни. Если- бы эта саморекомендація была основательна, *) 1876, іюль.