b000001687

659 СОЧИИЕШЯ Н. К. МИХЛИЛОВСКАГО. 660 ■ партіи, на которую разсчитывалъ бы опереть- ся. Оказывается, что это неправда. Партіи онъ дѣйствительно не имѣдъ: онъ имѣлъ только «кружокъ», очень небольшой, за который счптадъ себя однако «нравствен- но отвѣтственнымъ», какъ онъ писалъ пре- фекту полиціи. Но онъ хотѣлъ имѣть пар- тію, какъ видно изъ многихъ его писемъ. Всѣ были увѣрены, что онъ мечталъ про- вести въ жизнь свои идеи единственно на своихъ собственныхъ пдечахъ. Оказывается, что это неправда, потому что онъ разсчиты- валъ и на плечи Дюшателя и разныхъдру- гихъ министровъ. Всѣ были, наконецъ, увѣ- рены, что «никто не былъ менѣе способенъ къ интригѣ, къ оправданію поступковъ бла- гою цѣлыо». И это неправда, потому что въ перепискѣ встрѣчаются прямые совѣты выть съ волками по волчьи, а планъ под- копа подъ Наполеона III свидѣтельствуетъ, что интрига и оправданіе поступковъ благою цѣлью были Прудону не совсѣмъ чужды. Ниже я разскажу еще одинъ подходящій эпизодъ изъ его частной жизни. Но каковы бы ни были пятна на солнцѣ, оно остается солнцемъ. Лично Прудонъ былъ человѣкъ плутоватый, это несомнѣнно, но самъ онъ сильно преувѳличивалъ свою плу- товатость и способность къ интригѣ. Въ сущности у него былъ только позывъ къ ней, а способности не было вовсе. Плутоватость его достигла предположенныхъ цѣлей только въ полемикѣ, въ которой онъ часто далеко не добросовѣстно, но, по крайней мѣрѣ, внѣшнимъ образомъ успѣшно вывертывался изъ затруднительныхъ подоженій. На всѣхъ остальныхъ пунктахъ плутоватость привела къ нулю, если не къ отрицательной вели- чинѣ. Факты говорить сами за себя: увѣ- реніе, что онъ можетъ дѣлать свое дѣло, каждый день обѣдая съ префектомъ полиціи, написано въ тюрьмѣ; вслѣдъ за твердо вы- раженнымъ намѣреніемъ «перейти со всѣмъ багажемъ въ правительство», какъ мы ви- дѣли, началось судебное преслѣдованіе Пру- дона, — это, если хотите, черты высокаго ко- мизма. Что же касается до обдегченія тю- ремнаго режима, добытаго плутоватостью, то оно меньше, чѣмъ нуль, потому что об- легченіе было ничтожно, а честное имя Пру- дона компрометтировано. Коварные замыслы противъ правительства Наполеона III пора- жаютъ своею фантастичностью и черезъ два- три года послѣ ихъ изложенія Прудонъ чествуетъ прихвостня императора — принца Наполеона. Не меньше, можетъ быть, всякаго грѣшнаго потомка грѣшныхъ прародителей Адама и Евы, Прудонъ былъ не прочь и отъ власти и богатства, и отъ интриги и оправданія поступковъ благою цѣлью. Но какъ-то всегда такъ выходило, что либо за- мыселъ, не смотря на весь умъ Прудона т оказывался ребяческимъ, либо онъ самъ от- казывался, напримѣръ, отъ денегъ, когда ихъ могь получить совершенно безобиднымъ об- разомъ. Онъ хотѣлъ и не хотѣлъ. Благодаря бѣдности человѣческаго языка, нельзя вы- разиться яснѣе, а между тѣмъ это противо- рѣчіе всѣмъ понятно, потому что оно до- вольно обыкновенно. Власти и богатства Прудонъ, надо замѣтить, никогда не доби- вался, какъ своихъ личныхъ, своекорыст- ныхъ цѣлей, но все-таки думалъ о нихъ. Когда вслѣдствіе письма его къ Наполеону было снято запрещеніе съ его книги, онъ былъ очень обрадованъ и писалъ одному другу, что собирается воевать съ клерика- лами и консерваторами, надѣется сразу за- работать 30,000 франковъ своими пзданіями и стать во главѣ настоящей революціонной партіи. Мысль заняться какимъ-нибудь не- литературнымъ практическимъ доходнымъ предпріятіемъ очень часто занимала Пру- дона. Между прочимъ, въ 1852 году онъ собирался пустить въ ходъ проектъ судо- ходства между Марселью и Ріо-Жанейро. Сообщивъ это свѣдѣніе, г. Д — евъ замѣчаетъ: «Пикантно при этомъ то, что въ ожиданіи соціальныхъ переворотовъ, Прудонъ каждый разъ собирается дѣйствовать буржуазными средствами: ловкостью, секретомъ и т. д.» Соотвѣтственныхъ фактовъ г. Д — евъ не не приводить. Въ томъ же 1852 году Пру- донъ писалъ: «Почему мнѣ не двадцать пять лѣтъ вмѣсто сорока четырехъ! Десяти лѣтъ довольно бы мнѣ было, чтобы составить со- стоите, безъ котораго человѣкъ съ идеями всегда лишѳнъ солидности и кредита. Тогда мы могли бы попытать кое-что и вступить въ равныя сношенія съ власть имѣющими... Теперь же я все-таки презрѣнный писака, недостойный вниманія ни со стороны рес- публиканской буржуазіи, ни со стороны бур- жуазіи бонапартистской). Въ слѣдующемъ году онъ былъ сильно занятъ проектомъ же- лѣзной дороги изъ Безансона въ Мюльгау- зенъ. Въ чемъ состояло его участіе въ этомъ дѣлѣ, изъ изложенія г. Д — ева не видно. Въ всякомъ случаѣ «онъ мечталъ, еслибы предпріятіе это состоялось, получить отъ концессіонера 500,000 франковъ на возобновленіе своего народнаю банту. Дѣло это однако лопнуло, потому что кон- цессія была дана не патронамъ Прудона, а Перейрѣ. Такихъ неудачъ въ жизни Пру- дона было не мало и становится, наконецъ, интереснымъ, почему же замѣчательно умный, талантливый и извѣстный человѣкъ, жела- ющій вдобавокъ добиться извѣстнаго мате- ріальнаго благосостоянія, не получаетъ его? Что Прудонъ никогда его не получидъ, это читатель, конечно, знаетъ. Всѣмъ извѣстно,