b000001687

■■■ІМЯІІІН' ' --^^Г^®^ ^^^С^. 601 ЗАПИСКИ ПРОФАНА. 602 ликодушна, а ты просто-на-просто несо- образительный человѣкъ. И однако въ эту минуту я трушу, пото- му что собираюсь.писать о разныхъ вещахъ, прикосновенныхъ къ «женскому вопросу». Это въ самомъ дѣдѣ страшно. Объ астроно- міи не страшно, о философіи исторіи не страшно, о нолитикѣ не страшно, а о жен- скомъ вопросѣ страшно. Очень ужъ много по этому вопросу спеціалистовъ: во-первыхъ, всѣ жешцины, во-вторыхъ, всѣ мужчины, въ-третьихъ, всѣ романисты, въ-четвертыхъ, всѣ литературные критики, въ-пятыхъ... да всѣхъ и не перечтешь. Еще н етакъ давно, да- же очень недавно, этотъ вопросъ примировадъ надъ всѣми общественными вопросами. Если вы хотѣли заслужить популярность среди молодежи, вы обращались къ женскому во- просу, говорили о правахъ женщины, о женскомъ трудѣ, о свободѣ женщины, — и молодыя сердца сочувственно откликались вамъ. Если вы хотѣли заслужить лестное мнѣніе людей солидныхъ, вы обращались къ женскому вопросу, говорили о святости семьи, о высокомъ назначеніи жены и матери. Если вы желали добиться благосклонности людей ультра- солидныхъ, вы все-таки обра- щались къ женскому вопросу и разсказывали сальные анекдоты о нигилистахъ, — и глаза ультра-солидныхъ людей покрывались мас- ломъ, они сочувственно хихикали, потряхи- вая разслабленными колѣнями. Если вы хо- тѣли тронуть дамскія сердца, вы писали по- вѣсть во вкусѣ Тургенева, гдѣ въ вѣчную проблему любви старались подставить новыя комбинаціи. Словомъ, женскій вопросъ въ томъ или другомъ видѣ, въ томъ или дру- гомъ рѣшеніи, былъ станціей на пути успѣ- ха въ жизни. Но и помимо успѣха въ жиз- ни мы самымъ усиденнымъ образомъ пере- жевывали женскій вопросъ. Я помню, напри- мѣръ, что ему были посвящены и первая, и вторая, и третья мои печатныя статьи. За свободу женщинъ, за женскій трудъ я стоялъ горой и безусловно безкорыстно. Малый я былъ крайне угрюмый, дамъ и дѣ- вицъ тщательно обѣгалъ, а что касается собственно женскаго труда, такъ онъ у меня хдѣбъ отбивалъ. Отчего это такъ ' было, что мы еще на школьной скамейкѣ, еще не разглядѣвъ путемъ ни одной женщины, ло- мали себѣ головы надъ разрѣшеніемъ жен- скаго вопроса, я не знаю, но такъ было. Грѣшно впрочемъ сказать, что мы ломали себѣ головы. Рѣшеніѳ приходило какъ-то само собой. Богъ знаетъ какъ и откуда. Я помню одинъ очень характерный разговоръ, бывшій у меня съ покойнымъ авторомъ «Гражданскаго брака>, Чернявскимъ, очень умнымъ и талантливымъ молодымъ человѣ- комъ, хотя комедія его и неумна, и нета- лантлива. Мы разговаривали о взглядѣ Пру- дона на женщинъ. Чернявскій утверждадъ, что Прудонъ былъ навѣрное несчастливъ въ семейной жизни, что этого рода біогра- фическія черты его непремѣнно должны быть найдены, потому что иначе нельзя объяс- нить въ такомъ чедовѣкѣ, какъ Прудонъ, несочувствія къ свободѣ и самостоятель- ности женщины. Года за полтора передъ шумнымъ ноявленіемъ и быстрымъ фіаско «Гражданскаго брака» я потерялъ Черняв- скаго изъ виду и не знаю, что именно по- вліяло нарѣзкій поворотъ его мыслей о жен- скомъ вопросѣ. Но упомянутый разговоръ помню очень хорошо. Въ немъ очень ха- рактерна увѣренность въ существованіи чисто практическихъ, ближайшихъ житей- скихъ основъ мнѣній Прудона. Характерна эта увѣренность потому, что мнѣ тогда былъ, помнится, 21 годъ, Чернявскому 23, и мы были бы поставлены въ очень затрудни- тельное положеніе, еслибы кто-нибудь сталъ добиваться — каковы практическія, житей- скія основы нашихъ собственныхъ взгля- довъ на положеніе женщины. Безъ сомнѣнія, никакихъ такихъ основъ не было. О сча- стливой или несчастной семейной жизни н& могло быть, разумѣется, и рѣчи, и вообще мы ратовали за свободу, права и самосто- ятельность женщины совершенно безкорыст- но и помимо какихъ бы то ни было опре- дѣленныхъ толчковъ практической жизни. Я полагаю, что женскій вопросъ просто пред- ставлядъ удобнѣйшую почву "для приложенія несовсѣмъ ясныхъ идеаловъ свободы того поколѣнія, которое стало молодымъ уже по упичтоженіи крѣпостного права. И безъ сомнѣнія, это значеніе въ большей иди мень- шей степени останется за женскимъ вопро- сомъ вплоть до того времени, когда онъ перестапетъ быть вопросомъ. Молодежь — всегда молодежь. Въ общемъ, за вычетомъ развѣ нѣкоторыхъ мрачныхъ историческихъ минутъ, она всегда будетъ рваться, хотя бы смутно, къ свѣту и свободѣ, все равно какъ листья растеній всегда будутъ поворачи- ваться къ солнцу. «То кровь кипитъ, то силъ избытокъ>. Куда дѣвать эти силы? Если нѣтъ на лицо такой рѣзко опредѣлен- ной и съ модокомъ матери всосанной поли- тической задачи, какая существовала, на- примѣръ, для Инсарова, семья, эта элемен- тарная ячейка общества, сама собой на- прашивается стать пробнымъ камнемъ молодыхъ сплъ. А трогая съ которой бы то ни было стороны семью, вы неизбѣжно наталкиваетесь на женскій вопросъ. А тутъ еще, какъ разъ въ это время, пробужда- ются и крѣпнутъ первые неясные, но на- стойчивые позывы любви съ ея физіологи- ческой основой. Вы молоды, полны стрем- і | ^ ^^ ". ч я