b000001687

- ■ • ^Ж" 553 ЗАПИСКИ ПРОФАНА. 554 поручена эта операція, доносидъ изъ Пе- тербурга: «Фракъ я еще никакъ не могъ продать, даже онъ былъ долгое время и у Марьи Яковлевны въ думѣ. Многіе его при- мѣряли, и никому оной не въ пору; а болѣѳ, ваше с — во, не берутъ, потому что этотъ цвѣтъ не въ модѣ, и никто уже не носитъ этакихъ фраковъ, то и испрашиваю вашего с — ва разрѣшенія, не прикажете ли возвра- тить фракъ обратно и деньги за другой, проданный, къ вашему с — ву>. О каждой разбитой тарелкѣ, о каждомъ испачканномъ коврѣ графу доносилось немедленно, гдѣ бы онъ ни былъ, и "онъ аккуратно клалъ на до- несеніи свои резолюціи въ такомъ родѣ: «высѣчь (виновнаго) хорошенько». Всякимъ провиняостямъ и наказаніямъ велись опять- таки разный описи, списки и книги. Письма любовницы Аракчеева, Настасьи Минкиной, хранились въ особомъ пакетѣ съ собственно- ручною графскою надписью: <письма вѣр- наго и безцѣннаго друга Настасьи Ѳеодо- ровны», чтобы не вышло, значитъ, какой ошибки насчетъ принадлежности этихъ пи- семъ Настасьѣ Ѳеодоровнѣ или насчетъ вѣрности и безцѣнности друга. Если- бы въ Грузине попалъ человѣкъ, не- знакомый съ жизнью и дѣятельностью Арак- чеева, онъ, гуляя по комнатамъ и по саду, додженъ былъ бы на каждомъ шагу изум- ляться чувствительности создателя Грузина: столько тамъ памятниковъ, украшенныхъ надписями, свидѣтельствующими о благодар- ности, преданности, любви и другихъ чув- ствахъ Аракчеева. Но вѣдь мудрено пред- положить большую чувствительность въ че- ловѣкѣ, который собственноручно выдерги- валъ усы у солдатъ и лично осматривалъ высѣченныя спины крестьянъ. Всѣ памят- ники, которыми усѣяно Грузине, свидѣтель- ствуютъ не о какихъ-нибудь возвышенныхъ чувствахъ Аракчеева, а только все о той же его аккуратности. Они составляютъ своего рода опись или записную книгу, совершенно подобную тЬмъ, въ который вносились раз- битый тарелки, высѣченныя спины, имена лошадей, коровъ и быковъ, доходы, расходы и проч. Едва ли не любопытнѣйшій изъ гру- зинскихъ памятниковъ есть «руина князя Меныникова>. Грузине нѣкогда было пода- рено Петромъ I Меньшикову. Аракчеевъ искалъ какихъ-нибудь остатковъ Меньши- ковской усадьбы, но ничего не нашелъ. Ко- нечно, розыски свои онъ производилъ не въ качествѣ археолога и даже не въ качествѣ простого любителя старины, а только, такъ сказать, для порядка: жилъ Меныпиковъ, а гдѣ жилъ, нѳизвѣстно, надо разыскать, зану- меровать, сдѣлать соотвѣтственную надпись. Археологъ или почитатель древности могъ бы придти въ отчаяніе отъ неуспѣшности ро- зысковъ, но Аракчееву нечего было отчаи- ваться. Онъ просто построилъ искусствен- ную развалину, налѣпилъ на нее гербъ Меньшикова, назвалъ ее «руиной князя Меньшикова» и почилъ па лаврахъ: пустая графа въ одной изъ записныхъ книгъ была наполнена. Для большей ясности и аккурат- ности, однако, Аракчеевъ въ построенномъ имъ въ Грузинѣ соборѣ поставилъ портретъ Петра I и подъ нимъ сдѣлалъ надпись: «Грузинская волость, бывшая во владѣніи монастырей, пожалована государемъ импѳ- раторомъ Петромъ Первымъ въ 1705 году князю Александру Даниловичу Меньши- кову». Рядомъ, подъ портрѳтомъ Павла было означено: <Грузинская волость, въ 2,000 душъ состоявшая, пожалована го- государемъ императоромъ Навдомъ Первымъ въ вѣчное потомственное владѣніѳ графу Алексѣю Аракчееву 1796 года въ 12-й день». Подъ третьимъ портретомъ, Александра I, положенъ былъ рескриптъ, присланный Арак- чееву въ 1810 г., послѣ посѣщенія госуда- ремъ Грузина. Въ Грузинѣ есть чугунный портикъ, въ которомъ поставлено колоссаль- ное изображеніе Андрея Нервозваннаго, а на фризѣ портика надпись: «Царская награда подданному въ 1820 году». Въ одной изъ комнатъ Грузинскаго дома на серебряномъ пьедесталѣ помѣщенъ мраморный бюстъ Александра I. На серебрѣ подъ бюстомъ вы- рѣзаны тѣ посдѣднія слова, который государь написалъ Аракчееву изъ Таганрога: «Про- щай, любезный Алексѣй Андреевичъ! Не по- кидай друга и вѣрнаго тебѣ друга! » (Извѣстно, что Аракчеевъ, не смотря на всѣ чувстви- тельный надписи, <покинулъ» вѣнценоснаго друга: онъ упорно не ѣхалъ въ Таганрогъ, куда его вызывалъ императоръ, и встрѣтилъ трупъ послѣдняго только въ Новгородской гу- берніи). Еще ниже вычеканено: «Прилипни языкъ къ гортани моему, аще не помяну тебе на всякъ день живота моего». А на другой сторонѣ пьедестала выражено проклятіе тому, кто рѣшится перелить серебро на другой предметъ. Въ грузинскомъ же домѣ хранятся часы, сдѣланные въ Парижѣ по заказу Арак- чеева: когда стрѣлка касалась той минуты, въ которую умеръ Адександръ I, часы играли печальный гимнъ. Для большей ясности Аракчеевъ издалъ печатное описаніе часовъ. Въ одной аллеѣ грузинскаго сада дожить бѣ- лая плита съ надписью: «Сынъ въ память родителю». Въ другой алдеѣ поставденъ бюстъ съ надписью: «Стол'Ьтнему крестьянину Исааку Константинову, посадившему въ мо- лодости сіи липы>. На одномъ изъ островковъ возвышается деревянный павильонъ съ ко- лоннами, на которомъ обозначено крупнымъ шрифтомъ: «Храмъ, посвященный въ па- мять воспитавшему меня генералу Медисино> -