b000001687

.з^^ІІПГ^ . этж : ущ&шгЩЩ 509 ЗАПИСКИ ПРОФАНА. 510 надо бросить мысль о какой бы то ни было политической и общественной дѣятельности, она имъ не по плечу; если есть у нихъ семья, такъ это — лучшее, что у нихъ есть, внѣ этой сферы они могутъ только вредить; народъ — другое дѣло. Кромѣ того, пропа- ганда всепоглощающаго семейнаго начала въ цивилизованномъ быту представляетъ гр. Толстому нѣкоторую точку опоры, нѣкото- роѳ оправданіѳ его экскурсіямъ въ міръ салоновъ и будуаровъ. Нужно же найти что нибудь хорошее тамъ, куда его помимо его воли такъ и тянетъ его шуйца; нужно же противопоставить что-нибудь этимъ Ку- рагинымъ и Облонскимъ, Каренинымъ и Вронскимъ. Но гдѣ лежитъ центръ тяжести ихъ жизни? что ихъ больше всего занима- етъ? Разрушеніе семейнаго начала. Значитъ, и противопоставить имъ можно только се- мейное начало. Повторяю, все это гипотеза. Но безъ нея гр. Толстой для меня — нѳразрѣшимая за- гадка. И если читатель ее приметъ, то пой- метъ, конечно, что въ вопросѣ о народномъ образованіи, который состоптъ собственно въ томъ, какъ и что мы, цивилизованные люди, должны и можемъ передать народу, что въ этомъ вопросѣ гр. Толстой не могъ обойтись безъ противорѣчій. XI*). Шуйца и десница гр. Толстого. (Окончите). Терпимость рѣзко отличаетъ гр. Толстого отъ другихъ нашихъ педагоговъ. Онъ не дѣлаетъ себѣ изъ того иди другого способа обученія грамотѣ любимаго конька и не ѣз- дитъ на немъ съ тѣмъ комическимъ видомъ Георгія Нобѣдоносца, образцомъ котораго мы любовались въ статьѣ «Семьи и школы», составленной «по Миропольскому». Гр. Тол- стой полагаетъ, что всѣ существующіе спо- собы обученія грамотѣ имѣютъ свои досто- инства и свои недостатки, что они могутъ и должны примѣняться, смотря по обстоя- тельствамъ, т. е. смотря по особенностямъ учениковъ и учителей. Если гр. Толстой и смѣется иногда надъ тѣмъ или другимъ спо- собомъ, то только потому, что ему, этому способу, придается кѣмъ-либо изъ педаго- говъ значеніе всевластнаго кумира. Тутъ гр. Толстой сходится, можно сказать, со всѣми педагогами-теоретиками и практиками отъ Ушинскаго до какого-нибудь дьячка съ « азами >, но также и расходится со всѣми ими въ томъ смыслѣ, что не творитъ себѣ кумира. Терпимость эта не идѳтъ однако *) 1875, іюль. дадѣѳ обученія грамотѣ. За этой первой сту- пенью образованія начинается уже полный разладъ между гр. Толстымъ и другими пе- дагогами. Разладъ этотъ находится въ бли- жайшей связи съ другой чертой, еще рѣзче выдѣляющей гр. Толстого изъ среды нашихъ педагоговъ. Г. Евтушевскій принималъ въ прошломъ году дѣятельное участіе въ устройствѣ сѳ- мейныхъ или домашнихъ, не помню назва- нія, школъ, предназначенныхъ для дѣтей извѣстнаго класса общества — средняго или выше средняго достатка. Вопросъ объ этихъ школахъ разрабатывался, помнится, и въ «Семьѣ и школѣ». Съ годъ тому назадъ баронъ Корфъ публиковалъ въ газетахъ объ устроенной имъ гдѣ-то въ Швейцаріи шкодѣ, опять-таки, конечно, для людей средняго и выше средняго достатка. Въ виду дѣтей этого класса пропагандируются и фребелев- скіе сады. Вообще, если вы прослѣдитѳ те- оретическую и практическую дѣятельность нашихъ извѣстнѣйшихъ педагоговъ, т. е. посмотрите, гдѣ и кому они даютъ уроки, для кого пишутъ статьи и книги, объ чемъ бе- сѣдуютъ въ педагогическомъ обществѣ, то увидите, что они много, очень много рабо- таютъ для «общества». Гр. Толстой, напро- тивъ, какъ общественный дѣятель, т.-е. по- скольку его дѣятельность поддежитъ нашему сужденію, очень мало интересуется образо- ваніемъ и воспитаніемъ высшихъ классовъ общества. Если ему случалось писать, на- прнмѣръ, объ университетскомъ образованіи или о значеніи классическаго образованія (которое онъ, мимоходомъ сказать, рѣши- тѳльно отрицаетъ), то только къ слову, для разъясненія нѣкоторыхъ теоретическихъ во- просовъ, поставленныхъ имъ ради удобнѣй- шаго разрѣшенія коренного для него вопро- са, — вопроса объ образованіи народномъ. Этимъ сопоставленіемъ я отнюдь не думаю бросить какую-нибудь тѣнь на педагоговъ: наши дѣти не менѣе дЬтей народа нужда- ются въ образованіи. Я только констатирую фактъ. Фактъ этотъ чреватъ чрезвычайно важными послѣдствіями. Педагогъ, привык- шій къ атмосферѣ семействъ средняго и выше средняго достатка и казенныхъ или частныхъ учебныхъ заведеній, обезпечен- ныхъ казеннымъ содержаніемъ или крупной платой учениковъ, естественно приходить къ мысли объ образованіи идеальномъ. Какъ ни неудовлетворительны въ разныхъ отно- шеніяхъ наличный учебныя заведенія и се- мейная обстановка достаточныхъ людей, но тутъ имѣются болыпія, часто громадный матеріальныя средства, поэтому педаго- гу можетъ хотя слабо мерцать пріят- ная мысль дать своимъ ученикамъ та- кое образованіѳ, которое онъ считаетъ