b000001687

"ЖыЖГЖ* 473 ЗАПИСКИ ПРОФАНА. 474 каваіеристовъ, съ лихо закрученными усами, внолнѣ увѣреннаго въ своей непобѣдимости и всѣ дѣда обдѣлывающаго « по-военному >. Педагоги вели войну почти исключительно оборонительную и только изрѣдка дѣлали вылазки наступатѳльнаго характера. Г. Мар- ковъ презираетъ оборонительную войну; онъ наступаетъ, вторгается въ непріятельскую страну, жжегь, рубитъ, разстрѣливаетъ, вѣшаетъ, налагаѳтъ контрибуціи. Понятно, что сердца педагоговъ должны трепетать отъ радости при видѣ такого побѣдоноснаго со- юзника. Онъ обладаетъ именно тѣми каче- ствами, недостатокъ которыхъ обнаружили педагоги; онъ есть именно такой герой, ка- кимъ бы они хотѣди быть, но по привычкѣ къ гражданской дѣятельности быть не могутъ. По человѣчеству я радъ за господъ педа- гоговъ, если миръ дѣйствительно осѣнилъ ихъ взбаломученныя души. Но я долженъ все-таки сказать, что будь я педагогъ, я бы не обрадовался такому союзнику, какъ г. Марковъ. Мнѣ казалось бы, что такой союз- никъ компрометтируетъ меня и мое дѣло, компрометтируетъ именно своею развязностью и неконфузливостыо. Главная задача г. Маркова состоитъ въ томъ, чтобы смѣшать гр. Толстого если не прямо съ грязью, то хоть съ г. Цвѣтковымъ, авторомъ статьи «Новыя идеи въ нашей народной школѣ», напечатанной въ № 9 «Русскаго Вѣстника» за прошлый годъ. Г. Цвѣтковъ есть одинъ изъ <птенцовъ гнѣзда Каткова>, т. е. нѣчто вообще злобное, мрач- ное, воюющее съ вѣтряными мельницами, ежеминутно готовое уличить въ государст- венномъ преступленіи и верстовой столбъ на большой дорогѣ, и кротко блеющаго ба- рашка, сороку и ворону, и я не знаю кого и что. Одного штриха будетъ достаточно для убѣжденія читателя въ томъ, что г. Цвѣт- ковъ есть дѣйствительно птенепъ гнѣзда Каткова. Найдя въ книгѣ барона Корфа «Нашъ другъ> нѣсколько практическихъ сельско-хозяйственныхъ совѣтовъ (едва ли особенно нужныхъ и полезныхъ) и нѣскодько указаній на полезныхъ и вредныхъ живот- ныхъ, г. Пвѣтковъ разражается такими гро- мами: «Безъ соынѣнія, проштудировавъ о любви ради пользы и выгоды и о барышахъ, и о чистомъ доходѣ, ученики будутъ наве- дены, чтобы и безъ помощи учителя пред- ложить себѣ вопросы въ родѣ слѣдующихъ: какую пользу приноситъ дряхлый старикъ, слабый ребенокъ, кадѣка, больной? За что слѣдуетъ любить ихъ? Какой чистый барышъ могутъ принести мнѣ яблоки, что растутъ за заборомъ сосѣда?» Узнаемъ коней ретнвыхъ Мы по выжженньшъ таврамъ, Узнаемъ парѳянъ кичливыхъ По высокішъ клобукамъ... Я, впрочемъ, не мастеръ узнавать ни ре- тнвыхъ коней, ни кичливыхъ парѳянъ, не умѣю различать осдовъ по ушамъ и птен- цовъ гнѣзда Каткова по виртуозности доно- совъ. Казалось бы, переходъ отъ вредонос- ности суслика или мыши къ воровству со- сѣднихъ яблокъ невозможенъ, немыслимъ. По птенцы гнѣзда Каткова давно уже прі- учиди насъ къ такого рода нереходамъ, мало того, притупили въ насъ способность воз- мущаться этими вольтами и передержками. Было время, — оно отъ насъоченьнедалеко, — когда этихъ виртуозовъ можно было даже опасаться, но своимъ изумительнымъ усер- діемъ и необычайнымъ искусствомъ, добы- тымъ продолжительною практикою, они до- стигли неожиданнаго результата: репутаціи шутовъ, подчасъ дѣйствительно смѣшащихъ, но въ болынинствѣ случаевъ слишкомъ на- зойливыхъ и надоѣдливыхъ. Теперь уже ихъ никто не боится, никто ихъ кликушествомъ не возмущается, рѣдко кого они смѣшатъ. Прочтутъ люди, пожмутъ плечами, — иконецъ. Иначе и быть не можетъ. Фельетонисты с Русскаго Міра» и критики < Русскаго Вѣст- ника» все обличаютъ кого-то въ разрушеніи семьи, а увидавъ въ посдѣднемъ романѣ гр. Толстого Анну Каренину, Облопскаго, Врон- скаго, самымъ осязательнымъ образомъ раз- рушающихъ семейное начало, вдругъ воскли- цаютъ: <вотъ люди, сохраняющіе среди новыхъ общественныхъ наслоеній лучшія преданія культурнаго обществам Эти не- счастные увѣрены, что они говорятъ ком- плиментъ «культурному обществу»! Такое самозаушеніе было смѣшно, пока оно было вновѣ, но теперь, глядя на него, можно только плечами пожать, потому что шутов- ство это уже надоѣло. Г. Катковъ изобли- чалъ разный интриги и, наконецъ, до того изобличился, что увидѣлъ преступную пропа- ганду въ раснространеніи похвальныхъ от- зывовъ о книгахъ г. Безобразова, его, Кат- кова, собственнаго сотрудника, не бывшаго сотрудника, каковъ напримѣръ г. Тургеневъ, а теперешняго. Г. Цвѣтковъ очень хорошо знаетъ, что истребленіе овражковъ состав- ляетъ въ нѣкоторыхъ губерніяхъ повинность; онъ, вѣроятво, держитъ у себя кошку, ис- правно истребляющую мышей, и вдругъ про- никается необычайной симиатіей къ овраж- камъ и мышамъ и за наименованіе ихъ барономъ Корфомъ вредными и любви не- достойными обвиняетъ почтеннаго барона въ подговорѣ къ истребленію стариковъ, калѣкъ и къ воровству сосѣднихъ яблокъ... Виртуозность доноса составляете общую черту птенцовъ гнѣзда Каткова, но затѣмъ каждый изъ нихъ имѣетъ свою спеціальность. .. С