b000001687

ь, іЖа ^ш^п 469 ЗАПИСКИ ПРОФАНА. 470 гдійскоѳ законодательство, поразительно со- гласуется съ существовавшимъ въ древно- сти общиннымъ строемъ, на пути къ кото- рому въ настоящее время стоять самъгя передовыя общества». Можно было бы привести цѣлые десятки подобныхъ заявденій людей, солидность и благонамѣренность которыхъ не можетъ быть никѣмъ заподозрѣна. Всѣ эти заявленія, ко- торымъ есть и соотвѣтствующіе жизненные факты, клонятся къ отрицанію пути эконо- мическаго развитія, признаваемаго (во имя европейской науки) нашими учеными един- ственно < правильными». Всѣ они клонятся къ возстановленію самостоятельности рабо- чаго люда, къ слитію въ одномъ лицѣ зем- ледельца и земдевладѣльца, капиталиста и рабочаго, къ признанію интересовъ «обще- ства» и народа не тождественными. Заяв- ленія эти суть такіе же продукты европей- ской цивилизаціи, какъ и тѣ, которыми по старой памяти восторгаются гг. Пудовиковы съ компаніей. Спрашивается, неужели мы все-таки должны пройти весь путь европей- скаго развитія, чтобы затѣмъ вновь придти къ отрицанію его? Я отвѣчу словами графа Толстого, сказанными имъ въ примѣненіи къ другой сферѣ явленій. Намъ давно уже пора къ нему вернуться. Въ статьѣ «О на- родномъ образованіи» (старой, напечатанной въ IV т. сочиненій), онъ говоритъ: «Мы, русскіе, живемъ въ исключительно счастли- выхъ условіяхъ относительно народнаго об- разованія; наша школа не должна выходить, какъ въ средневѣковой Европѣ, изъ уоловій гражданственности, не должна служить из- вѣстнымъ правительственнымъ или религі- ознымъ цѣдямъ, не должна вырабатываться во мракѣ отсутствія контроля надъ ней об- щественнаго мнѣнія и отсутствія высшей степени жизненнаго образованія, не должна съ новымъ трудомъ и болями проходить и выбиваться изъ того сегеіе ѵіеіеих, который столько времени проходили европейскія шко- лы, сѳгсіе ѵіеіеих, состоящій въ томъ, что шкода должна была двигать безсознательное образованіе, а безсознательное образованіе двигать школу. Европейскіѳ народы побѣ- дили эту трудность, но въ борьбѣ не могли не утратить многаго. Будѳмъ же благодарны за трудъ, которымъ мы призваны пользо- ваться, и по тому самому не будемъ забы- вать, что мы призваны совершить новый трудъ на этомъ поприщѣ». Такимъ образомъ графъ Толстой, провоз- глашающій право и обязанность личности бороться съ историческими условіями во имя ея идеадовъ и отрицающій прошлый ходъ европейской цивилизаціи, подаетъ руку по- слѣднимъ и лучшимъ плодамъ этой цивили- заціи. Эта рука есть десница графа Тол- стого. Ахъ, если бы у него не было шуй- цы!... Если бы не имѣли повода пристеги- ваться къ его громкому имени всякіе про- ходимцы, всякіе пустопорожніе люди и ме- жеумки, по заслугамъ не пользуюшіеся со- чувствіемъ общества... Какой бы вѣсъ имѣ- ло тогда каждое его слово, и какое благо- творное вліяніе имѣла бы эта вѣскость!... Какова бы однако ни была шуйца гр. Толстого, но уже изъ предыдущаго видно, до какой степени недобросовѣстно относятся къ нему многіе наши критики, какъ хвали- тели, такъ и хулители. Замечательны, въ самомъ дѣлѣ, усилія, употребляемый многими для смѣшенія гр. Толстого со всѣмъ, что только есть темнаго и иромозгдаго въ нашей литературѣ. По поводу статьи <Отеч. Зап.» и «Анны Карениной> въ мрачныхъ, по- росшихъ плѣсенью, пропитанныхъ гнилостью и сыростью подвалахъ «Гражданина» и «Рус- скаго Міра» раздались радостные вопли. Своды подваловъ тряслись отъ криковъ: нашъ! нашъ! онъ — пѣвецъ священныхъ ра- достей и забавъ «культурныхъ слоевъ обще- ства> и изобличитель «науки, имъ ослушной, суеты и пустоты! > Обитателямъ подваловъ про- стительно это ликов аніе. Понятно, что имъ ле- стно пристегнуться късвѣтлому имени. Понят- но также, что имъ не ясенъ истинный харак- теръ воззрѣній гр. Толстого на радости и за- бавы «культурныхъ слоевъ общества». Много мерзостныхъ подробностей быта этихъ слоевъ изображено въ «Аннѣ Карениной», и оби- татели подваловъ, пещерные люди, трогло- диты съ гордостью указывали на эти подроб- ности, какъ на нѣчто такое, чего неспособ- ны продѣдать «разночинцы». Еще бы! Но Богъ съ ними, съ пещерными людьми. Имъ многое Яростится, потому что они почти ни- чего не понимаютъ. Совсѣмъ иначе прихо- дится взглянуть на статью г. Евгенія Мар- кова: «Послѣдніе могикане русской педаго- гіи», напечатанную въ № 5 «Вѣстника Ев- ропы». Статьи, болѣе недобросовѣстной, бо- лѣе, скажу прямо, наглой, мнѣ давно не при- ходилось читать. Г. Марковъ — не то, что Петръ Зудотѣшинъ «Дѣла», величающій се- бя «Все тѣмъ же». Тотъ простъ и стреми- теденъ, да и не отрицаетъ нѣкоторыхъ за- сдугъ гр. Толстого въ дѣлѣ разоблачѳнія безобразій нашихъ педагоговъ. Г. же Мар- ковъ тщательно облекается въ полную па- радную форму либерализма, ежеминутно бря- каетъ шпорами либерализма и потряхиваетъ блестящими эполетами либерализма. Статья пропитана лирическимъ и патетическимъ жаромъ, и тѣмъ не менѣе каждая ея строчка, такъ сказать, точеная, дѣланная, высижен- ная съ весьма непохвальною цѣлью. Зво- ноыъ и блескомъ, котораго такъ много, что даже въ глазахъ рябить и тошно становит- Ш щ