b000001687

ШЁ 315 СОЧИНЕШЯ Н. К. МИХАИЛОВСКАГО. 316 звука и т. п. Это, конечно, штука очень за- бавная и даже нѳ лишенная остроумія, но все-такитолько штука, каковою ее признаетъ и г. Миропольскій. — Вотъ самъ Мпрополь- скій, совѣтующій «при изученіи» двугдас- ныхъ (ай, ой) «заставлять ученика произ- нести одинъ за другимъ звуки, напримѣръ, а и м; потомъ — заставлять повторять ихъ произношеніе, постепенно ускоряя, пока они сами собой не перейдутъ въ звукъ ай. Или можно подучить тотъ же результатъ такимъ путемъ: протягиваютъ гласную, положимъ а, и затѣмъ вдругъ коротенько прибавляютъ и, которое неизбѣжно при такомъ звукосочета- ніи обращается въ краткое й {ай)-». Какая въ самомъ дѣлѣ отличная штука! (она мнѣ почему-то гармонику напоминаетъ) и какую возвышенную радость долженъ быдъ испы- тывать многоученый Вагнеръ-Ыпроподьскій, изобрѣтя этотъ «иріемъ» (можетъ быть, даже «методъ») изученія двугдасныхъ! — Вотъ очень ученый и недавно умершій педагогъ Фогедь. Объ этомъ удивительномъ человѣкѣ стоитъ поговорить нѣсколько дольше. Въ своемъ методѣ обученія чтенію, говоритъ г. Миропольскій, онъ выходить изъ обще- извѣстнаго факта, что дѣти ничего не пишутъ съ такою охотой, ничѣмъ такъ не восхи- шаются. какъ умѣньемъ писать «свое ипя-» («С. и Ш.» Л» И, 157). Я прошу читателя запомнить эту исходную точку Фогеля. Вза- мѣнъ обѣщаю, что это уже будетъ посдѣдняя экскурсія въ кунсткамеру г. Миропольскаго. Итакъ, дѣти дюбятъ писать свое имя. По- этому Фогель составилъ особенный букварь съ картинками, извѣстный подъ названіемъ ЕІ8сЬЪис1і'а, потому что первая картина въ немъ изображаетъ рыбу (РізсЬ). Съ этой рыбой идутъ такого рода упражненія. «Учитель спрашнваетъ: «Что это такое? > Ученики, конечно, отвѣчаютъ: «это рыба». Учи- тель нѣсколько разъ громко и раздѣдьно застав- ляетъ произнести данное слово. Фогель обра- щаетъ вниманіе на произношеніе учащихся, что при звуковомъ обученіи имѣетъ несомнѣнно важное значеніе. Произношеніе должно быть: а) чистое и членораздѣльное, Ъ) медленное и явственное, с) громкое и выразительное, такъ чтобы произносимыя учениками слова соотвѣт- ствоваіп свойству выражаемой нмн мысли. Общее правило: «хоромъ отвѣчать всегда тихо и въ тактъ; одиночно— громко, для всего класса, а не подъ носъ себѣ».— «Отвѣты ученпковъ долж- ны быть даваемы всегда въ видѣ цѣлыхъ пред- ложеній». Увѣрпвшись, что слово рыба всѣ уче- ники произносятъ ясно и отчетливо, учитель переходить къ предметной бесѣдѣ о рыбѣ. <Гдѣ живетъ рыба?»— (Рыба живетъ въ водѣ). «Какъ рыба попала на классную доску?»— (На доскѣ рыба нарисована). «Поэтому, какая эта рыба»?— (Это нарисованная рыба). «Какъ называется (указывая на голову) эта часть рыбы?» — (Это голова рыбы). «Сколько глазъ у рыбы?»— «Сколько глазъ у каждаго изъ насъ?»— «Покажите пра- вый глазъ!>— «Дѣвый!»— «Для чего служатъ гла- за?»— «Слѣдовательно, что могутъ рыбы дѣлать глазами?» Рыбы могутъ видѣтъ. — «Повторите хо- ромъ всѣ этотъ отвѣтъ!»— «Слышатъ лп рыбы?» (Молчаніе). «Чѣмъ мы слышимъ?»— «Посмотри- те, есть ли у рыбы уши?»— «Ахъ, бѣдная рыба вѣрно не слышитъ, потому что наружныхъ ушей у рыбы не видно. Говорите всѣ: у рыбы наруж- ныхъ ушей нѣтъ!» (въ тактъ).— «Не жалѣйте, вирочемъ, о рыбѣ, можетъ быть, она и слышитъ. Есть маленькая рыбка, которая подплываетъ къ намъ, когда мы иозвоннмъ въ колокольчикъ. За- мѣчено также, что всякій шумъ рыбу пугаетъ и она уходитъ отъ шума въ глубь воды. Что изъ этого можно заключить?» — Рыбы слышать. «Повторите хоромъ отвѣтъ! Говорите: «рыбы могутъ впдѣть, могутъ слышать». «А нюхаетъ ли рыба?»— (Молчаніе). «Чѣмъ мы нюхаемъ (обо- няемъ)?»— «Поищите носъ у рыбы».— «Ахъ, мы не находимъ у рыбы носа!» «Говорите: у рыбы иѣтъ носа! (хоромъ подъ тактъ)». И т. д. Еслибы я не боялся надоѣсть читателю хуже горькой рѣдьки, я бы привелъ еще изъ одной старой статьи гр. Толстого ука- заніе, что нѣмецкіе педагоги ухитряются еще и не такія мученія продѣлывать надъ дѣть- ми при помощи «фишъ-буха». То, что при- ьодитъ (и одобряѳтъ) г. Миропольскій, не смотря на всю свою безсмысленность, не можетъ даже и въ сравненіе идти съ раз- сказомъ графа Толстого. Надо видѣть, чтобы вѣрить. (См. сочиненія Толстого, т. ІТ, стр. 54 и слѣд.). Съ меня довольно. Я напоминаю только, что исходная точка всего метода Фогеля есть тотъ «общеизвѣ- стный фактъ, что дѣти ничѣмъ такъ не восхищаются, какъ умѣньемъ писать свое имя». Какъ эта совершенно опредѣленная исходная точка вяжется съ пыткой надъ фишъ-бухомъ — г. Миропольскій не объ- ясняетъ... Статья г. Миропольскаго въ качествѣ кунсткамеры представляетъ особенный удоб- ства для ознакомденія съ той безпорядочной кучей общихъ мѣстъ, дишенныхъ всякаго содержанія, и мелкихъ рецептовъ вродѣ метода изученія двухгласныхъ (а — и, а — и, ай), съ той безпорядочной кучей, которая называется педагогикой. Но въ томъ, что современная педагогика дѣйствительно не наука и не искусство, а какая-то игрушеч- ная давка (впрочемъ игрушки въ ней до- стаются кошкамъ-педагогамъ, а на долю мышекъ-ребятъ выпадаютъ слезки), читатель можетъ убѣдитьоя и изъ весьма многихъ другихъ педагогическихъ сочиненій. А ме- жду тЬмъ, какимъ апломбомъ, какимъ не- вѣроятнымъ чувствомъ собственнаго достоин- ства проникнуты эти фабриканты игрушекъ для собственнаго развлеченія! Напримѣръ, тотъ самый г. Миропольскій, который такъ либерально предоставлялъ учителю пол- ную свободу выбора метода обученія, пи- шетъ: «Нечего и прибавлять, что при соединеніи гласныхъ и согласныхъ — учи- тель всего бодѣе долженъ беречься звука-