b000001687

309 ЗАПИСКИ ПРОФАНА. 310 ней особенно удачно, ярко, сильно. Въ на- стоящемъ случаѣ оба резона не имѣютъ мѣста; мысль выражена Дистервегомъ крайне тяжело и неудобоваримо, что, можетъ быть, зависитъ отъ перевода; слова его имѣютъ къ его спеціальности столько же отношенія, какъ и ко всякой другой; ихъ могъ бы ска- зать и Кузьма Прутковъ, и Ныотонъ, и На- по.чеонъ, и Платонъ, и любой нѣмецкійкол- басникъ, и любой англійскій лордъ. Какое же такое особенное значеніѳ могутъ они имѣть для г. Мироподьскаго, который на нространствѣ нѣсколькихъ листовъ съ такимъ апломбомъ приводить ихъ два раза. Ма§І8- ѣег (ИхШ вотъ и все. Совершенно незначи- тельныя слова Дистервега, представляющія общее мѣсто, достойное прописей, цитируются г. Миропольскимъ два раза единственно по- тому, что это слово Дистервега. Повторяю, это обстоятельство ничтожное, мелочь, но все-таки эта мелочь даетъ нѣкоторое поня- тіе о г. Миропольскомъ, какъ ученомъ. Можно думать, что онъ бываетъ йюЬ, \ѵепп ег Ке- §ѳ\ѵйгтег йМѳі и что его отношенія къ наукѣ при всей почтительности не особенно правильны. Но, скажетъ читатель, г. Миро- подьскій довольно грозную атаку повелъ противъ нашихъ педагогическихъ автори- тетовъ, вонъ какъ знам^нитаго барона Корфа отдѣлалъ. Да, это правда. Но подождите конца похода. Въ той педагогической неурядицѣ, которую описалъ г. Мироподьскій, его боль- ше всего возмущаетъ не отсутствіе одною правильнаго, разумнаго метода, удовлетво- ряющаго и т. д., а такія обстоятельства, какъ приписываніе золотовской методы Зо- лотову, тогда какъ она изобрѣтена Жакото; приписываніе какого-то третьестепеннаго пріема обученія грамотѣ барону Корфу, тогда какъ онъ изобрѣтенъ Стефани и Зельт- заыомъ и т. п. Вообще, г. Миропольскій, по- видимому, только потому сердитъ на своихъ собратовъ, что они сидятъ не въ должномъ порядкѣ. Ему отнюдь не приходитъ въ го- лову извѣстный крыловскій стихъ о пере- саживающихся музыкантахъ («а вы, друзья, какъ ни садитесь, все въ музыканты не го- дитесь»). Нѣтъ, ему кажется, что онъ сдѣ- лаетъ большую услугу наукѣ, если дастъ каждому педагогу возможность правильно называть тотъ методъ обученія, который пмъ употребляется. Подобно тому мольеровскому герою, который довольно поздно узналъ, что онъ всю жизнь говорилъ прозой, наши пе- дагоги должны получить отъ г. Мирополь- скаго этикетки съ точнымъ обозначеніемъ ихъ собственныхъ методовъ. Начинается кдассификація методовъ, коихъ оказывается семь; буквосочетательный, букворазлагатель- ный, слоге составительный, сдогоразлагатедь- ный, звуковой синтетическій, звуковой ана- литическій, звуковой синкретическій. Та- кимъ образомъ, всѣ методы уставлены въ ранжиръ, и изъ рядовъ выскакиваетъ, какъ беззаконная комета среди расчисленныхъ свѣтидъ, только какой-то странный методъ «буквосочетанія звуковъ или звукосочета- нія». (№10, 123). Куда вы лѣзете, баронъ! покрикиваетъ г. Мироподьскій, важно про- хаживаясь передъ фронтомъ, у васъ своего метода вовсе нѣтъ, вы синтетическій звуко- викъ! Г. Зодотовъ, равняйтесь, сюда пожа- луйте, въ звуковой аналитическій! вотъ тамъ, гдѣ Зедьтзамъ, Вейнгардъ, Шольцъ, Фибль' Прейсъ стоятъ... Естественное дѣдо, что та- кого знатока методовъ стоитъ спросить, ка- кого метода онъ держится самъ. Г. Миро- польскій предвидитъ этотъ вопросъ и обяза- тельно отвѣчаетъ: «пусть будетъ полная сво- бода въ выборѣ метода обученія грамотѣ, но пусть выборъ дѣдается сознательно, на вѣрныхъ и серьезно обдуманныхъ основа- ніяхъ, а не <по прихоти случайной», не на вѣру и авторитета, не на (по?) преданіе и рутинное жеданіе охранять зіаіи дио во имя собственнаго спокойствія, лѣни, инерціп» (№ 10, 120). Замѣтьте, сколько фальши и педантства въ этихъ красивыхъ, хоть и не совсѣмъ грамматически расположенныхъ, сло- вахъ. Ученый мужъ классифицпровалъ всѣ методы обученія грамотѣ. Я опрашиваю его, который же мнѣ выбрать? Онъ отвѣчаетъ: выбирайте любой, вы совершенно свободны, но выбирайте на вѣрныхъ основаніяхъ. Ска- залъ ли онъ мнѣ что нибудь? Нѣтъ, ровно ничего не сказалъ. Онъ только замазалъ мой вопросъ красивымъ негодованіемъ противъ лѣни и инерціи, безеознательностп и необ- думанности. Что методъ, выбранный на вѣр- ньгхъ основаніяхъ, вѣренъ, это я и безъ него знадъ: мнѣ нужны были указанія его, уче- наго мужа, въ чемъ именно состоять вѣрныя основанія выбора. Какъ же не сказать вмѣстѣ съ гр. Толстымъ, что у педагоговъ просятъ хдѣба, а они даютъ камень? Впрочемъ, всдѣдъ затѣмъ ученый мужъ снисходительно замѣ- чаетъ, что « здѣсь не лишне (еще бы лишне!) сказать о критеріи для выбора метода обу- ченія грамотѣ, о чемъ высказываются раз- личный мнѣнія и существуютъ заблужденія». Ну вотъ, слава Богу! Сейчасъ различіе мнѣ- ній, а тѣмъ паче заблужденія будутъ устра- нены, и вопросъ о методѣ прояснится. Но увы! читатель опять получаетъ камень вмЬсто куска хдѣба! Поговоривъ о томъ, что при- рода «идетъ медленно спѣша» и что природа «творитъ свое дѣдо, по выраженію лоэта, безъ спѣха, безъ отдыха >, г. Миропольскій заключаетъ: «Методъ обученія долженъ быть развиваюгцимъ, а все обученіе воспиты- вающимъ, оба же согласны съ природой и ходомъ естественнаго развитія дитяти; вотъ