b000001687

:^ег~к^ 265 КРИТИКА УТИЛИТАРИЗМА. 26Г> По поводу этихъ именно словъ Манде- виля, Марксъ называетъ его «свѣтлой голо- вой и честнымъ человѣкомъ». И какъ нельзя болѣѳ справедливо. Надо помнить, что басня о пчелахъ написана до систематизадіи эко- номическихъ явленій, предпринятой Адамомъ Сиитомъ, который, хотя и относить въ своей «Теоріннравственныхъ чувствъ» нравствен- ное ученіе Мандевиля къ «системамъ дегко- мысленнымъ», но въ «Богатствѣ народовъ> многое заимствуетъ изъ басни о пчелахъ. Мандевиль дѣйствительно свѣтлая голова, потому что даже въ приведенной только выпискѣ заключается въ сжатомъ, такъ ска- зать, зародышевомъ видѣ значительная и притомъ одна изъ существеннѣйшихъ частей всей классической экономіи. Мандевиль дѣй- ствительно честный человѣкъ, потому что онъ не прибѣгаетъ ни къ какимъ архитек- турнымъ украшеніямъ для приданія горькимъ жесткимъ результатамъ своего анализа изящ- наго вида кондитерскаго печенія, наманеръ Бастіа и цѣлой фаланги позднѣйшихъ эконо- мистовъ. Тоже и въ области морали. Если позднѣйшіе утилитаристы, въ особенности Бентамъ, увѣряли людей, а можѳтъ быть и самихъ себя (тутъ дѣло въ ихъ нравствен- ныхъ и умотвенныхъ качествахъ), что, въ силу начала пользы, какъ субстрата всей и всякой нравственности, человѣкъ заботится и додженъ заботиться исключительно о себѣ, изъ чего само собою возникаетъ наивозможно большее счастье наивозможно большаго числа людей, то Мандевиль заранѣе прнготовилъ рамку для разрушенія этой иллюзіи: если, по мнѣнію Бентама, быть нравственнымъ человѣкомъ самое легкое дѣло изъ всѣхъ человѣческихъ дѣлъ, то, по мнѣнію Манде- виля, та форма общежитія, которая доста- точно рельефно обозначалась уже въ его время, требуетъ безнравственности, какъ необходимѣйшаго условія своего существо- ванія. Разница опять-таки выходитъ слиш- комъ большая, чтобы Мандевиля и Бентама можно было поставить безъ дальнихъ раз- говоровъ за одну скобку, хотя оба они схо- дятся на томъ положеніи, что первичное, присущее человѣческой природѣ свойство есть стремленіе къ личному счастью. Вни- мательно сдѣдя за этою послѣднею стороною дѣда, г. Мальцевъ часто упускаетъ совсѣмъ изъ виду такія стороны, который, заслужи- вая неменыпаго вниманія сами по себѣ, от- частинавязываются ему ѳгособственнойзада- чей. Разъ человѣкъ взялся оцѣнить отно- шенія эгоизма къ утилитаризму и прослѣ- дпть тотъ, по его мнѣнію, очень ровный путь, которымъ эгоизмъ первыхъ утилитаристовъ постепенно осложнялся общественнымъ мо- ментомъ, отъ него можно требовать, чтобы «нъ не валплъ въ одну кучу Аристиппа, Гоббса, Мандевиля и Бентама. Обществен- ный моментъ занимаетъ въ системахъ этихъ чѳтырехъ мыслителей совсѣмъ не одно- родную роль. Напротивъ, въ каждой изъ нихъ личный и общественный моменты ком- бинируются такъ рѣзко своеобразно, что не- мыслимо представить ихъ въ видѣ какихъ-то верстовыхъ столбовъ, ровно, однообразно отмѣчающихъ размѣръ пройденнаго пути. Переходя къ новѣйшему времени и, оста- навливаясь на Сненсерѣ, котораго онъ со- вершенно справедливо признаетъ утилита- рпстомъ, г. Мальцевъ пользуется, между про- чимъ, нѣкоторыми указаніями, сдѣланными кое-гдѣ въ нашей журналистикѣ. Передаетъ онъ ихъ такъ. «Стоитъ только вникнуть, въ чемъ состоптъ <прогресоъ» по опредѣленію Спенсера, какъ представителя эволюціонной теоріи, и въ чемъ онъ состоитъ по опредѣленію Спенсера же, стоящаго на точкѣ зрѣнія утилитаризма, чтобы видѣть, что между этими двумя тео- ріями не только не существуетъ никакой ана- логіи, но что онѣ совершенно враждебны одна другой. То дифференцированіе обще- ства, та разнородность функцій, въ которыхъ Спенсеръ полагаетъ общественный прогрессъ и совершенствоваше, отнюдь не совпадаютъ съ уведиченіемъ индивидуальнаго счастья, составляющаго идеадъ п исключительную цѣль прогресса, понимаемаго утилитарной школой. Развитіе общества, происходящее по типу развитія органичѳскаго, то-есть путемъ перехода отъ простого и однороднаго къ сложному и разнородному, путемъ послѣ- довательныхъ дифференцированій, сталки- вается враждебно съ развитіемъ личности. совершающимся по тому же закону, и вле- четъ за собой необходимо сокращеніе сум- мы индивидуальнаго счастья. Всякій разъ, когда общество испытываетъ рядъ измѣне- ній, подобныхъ измѣненіямъ развивающагося организма, входящія въ составъ его недѣ- лимыя ивмѣняются по направленію, какъ разъ противоположному. Чѣмъ болѣе осу- ществляется дефференцированіе органиче- скихъ,общественаыхъфункцій, чѣмъ большей достигаютъ онѣ разнородности и усовершен- ствованія, тѣмъ пропорціонально этому, оче- видно, больше уменьшаются разнообразіе и сложность жизни каждаго индивидуальнаго члена такого спеціадизирующаго въ свопхъ функціяхъ общества, тѣмъ уже и монотон- нѣе становитсяжизнь этого члена, а, становясь же и монотоннѣе, она становится, очевидно, и менѣе счастливою. Въ оамыхъ совершен- ныхъ обществахъ, гдѣ каждая функція спеціализировалаоь до пес ріиз иііга, лич ность низводится на степень простого под- чиненнаго органа, пзъ самостоятельнаго цѣ- лаго превращается въ часть, въ атомъ, неза- І и