b000001687

213 УТОШЯ РЕНАНА И ТЕОРІЯ АВТОНОШИ ЛИЧНОСТИ ДЮРИНГА. 214 ществуютъ, сооственно говоря, только ато- мы, но для истиннаго философа, для идеа- листа клѣточка существуетъ болѣе, яѣмъ атомъ (ехізіе ріиз ^ие Гаіюте); недѣлимое существуетъ больше, чѣмъ клѣточка; нація, церковь, городъ больше, чѣмъ индивидъ, по- тому что индивидъ жертвуетъ собой ради этихъ цѣлыхъ, въ которыхъ грубый реализмъ видитъ чистые абстракты. Отправляясь от- сюда, можно представить себѣ будущее со- знаніе человѣчества, какъ нѣчто единое и всеобщее. Тысячи почекъ входятъ въ со- ставъ одного дерева. Такъ, въ будущемъ всѣ отдѣльныя сознанія сольются въ одно цѣлое. «Государство уже теперь представ- ляетъ нѣчто аналогичное, потому что оно создаетъ идеальное (искусство, науку, благо) на деньги нлателыциковъ податей, которые большею частью матеріадисты> *). Будущія формы божественнаго сознанія могутъ быть сведены къ тремъ типамъ. Логически воз- можны: форма демократическая, когда един- ство сознанія достигается своего рода до- говоромъ и всеобщей подачей голосовъ; фор- ма олигархическая, когда носителемъ все- общаго сознанія является небольшая группа, управляющая остальными; форма монархи- ческая, когда сознаніе сосредоточено въ од- номъ лицѣ, какъ бы резюмирующемъ все остальное. Съ точки зрѣнія фялософскихъ идей бесѣ- дующихъ друзей, демократическое рѣшеніе задачи имѣетъ наименѣе шансовъ осуще- ствиться. Цѣль природы состоитъ совсѣмъ не въ томъ, чтобы всѣ познали истину, а въ томъ, чтобы истина была познана нѣ- которыми и чтобы нредапіе ея не затеря- лось. Поднять всѣхъ до одинаковаго уровня невозможно, да п вовсе не нужно. «Что за бѣда, что милліоны ограниченныхъ существъ, населяющихъ землю, не знаютъ истины иди отрицаютъ ее, если мудрые ее видятъ и обожаютъ? Зачѣмъ стѣснять другихъ непо- сильными для нихъ умозрѣніями? Теоремы Абеля и Коши ничего не теряютъ въ сво- ей достовѣрности отъ того, что ихъ нони- маетъ только какая-нибудь сотня людей. До- статочно, чтобы эти высокія истины были познаны и записаны въ книгахъ въ виду *) Ь'ёЫ. Ща. іе поіте Іѳтрз, ргоіиіі диеідие сЬозе сГапаІобие, риі8^и'і1 іаіі сіе Гісіеаі ((1е Гагі, Йе 1а всіепее, йи Ъіеп) аѵес йе 1'аі-§еп1; сіез соп- ігіЪиаЫез, ^иі зопі роиг 1а ріирагі Йез таіёгіаііз- Іев. — До спхт, поръ я гонялся ва большою точ- ностью передачи мыслей Ренана или фигуриру- ющихъ въ его діалогахъ <отвлеченій>. Это было и не пужно, и затруднительно, въ виду крайней двусмысленности философскаго языка Ренана. Я старался только извлечь пзъ разюворовъ друзей- философовъ ихъ главную нить. Но нѣкоторыя мѣста истинно чудовищной утопіи Ренана я счи- таю нужнымъ привести подлинными его словами. тѣхъ, кто когда нибудь пожелаетъ ихъ узнать. Для полнаго существованія разума нѣтъ необходимости, чтобы весь міръ къ нему обратился. Во всякомъ случаѣ этого нельзя ожидать отъ низкой демократіи, ко- торая, повпдимому, тяготѣетъ, напротивъ, къ устраненію высшихъ научныхъ дпеци- плинъ и трудныхъ умственныхъ задачъ. Идеалъ американскаго общества, быть мо- жетъ, наиболѣе удалеиъ отъ идеала общества, управляемаго наукой. Тотъ принципъ, что общество существуетъ только для благополу- чія и свободы составдяющихъ его индиви- довъ, невидимому, не согласенъ съ планами природы, въ которыхъ недѣлимое приноептся въ жертву виду и роду». Итакъ, мало вѣ- роятности, чтобы божественная идея реали- зовалась демократіей. Сектантская и ревни- вая демократія есть, напротивъ. теологи- ческая ошибка по преимуществу, потому что цѣли, преслѣдуемыя міромъ, состоятъ не въ устраненіи вершинъ, а напротивъ въ созданіи боговъ (зіс), высшихъ существъ, которымъ остальныя существа будутъ слу- жить и находить въ этомъ сдуженіи свое счастье. Спасители человѣчества не могутъ рождаться въ странахъ, нреданныхъ эго- изму и яизкимъ удовольствіямъ. «Рядомъ съ человѣкомъ науки должны стоять люди, готовые на него и за него работать, и при- томъ не понимая его дѣятельности. Что мо- жетъ быть противоположное духу той демо- кратіи, которая даетъ цѣну только тому,, что она можетъ прямо понять? Распростра- неніе первоначальнаго образованія сокра- тить число готовыхъ на самоножертвованіе; народъ, нолучившій первоначальное образо- ваніе, полный глупаго тщеславія, не захо- четъ содержать высшую культуру, то есть имѣть господъ. Въ конпѣ концовъ, цѣль че- ловѣчества состоитъ въ созданіи великихъ людей. Великое дѣдо совершится наукой, а не демократіей. Надо отдать справедливость странамъ, производящимъ только утончен- ное, фабрпкующимъ кружева, а не грубое полотно: они напбодѣе служатъ прогрессу. Важны не столько просвѣщенныя массы, сколько великіе геніи и публика, способная ихъ понять. Если невѣжество маесъ есть необходимое условіе для этого — тѣмъ хуже. Природа не останавливается передъ такими прѳпятствіямп, она уничтожаетъ цѣлые ви- ды для предоставденія другимъ необходи- мыхъусловійразвптія». Надо замѣтить, что, при этихъ норядкахъ, вовсе нѣтъ жертвъ: всѣ служатъ высшпмъ цѣдямъ, и личнаго счастья, пожалуй, больше на сторонѣ непро- свѣщенной толпы. Уже и теперь радостей у простыхъ людей больше, чѣмъ у ученыхъ. А «тотъ высшій міръ, о которомъ мы те- перь мечтаемъ, какъ о реадизаціп чпетага