b000001687

іІ^ІІКайІІ^ ^=^1^4 211 СОЧИНЕШЯ Н. К. ЫИХАЙЛОВСКАГО. 212 I ^ нндивпдовъ для блага цѣлаго для мірового блага. Онъ долженъ быть орудіемъ великой илдюзіи, проповѣдуя людяыъ добродѣтель и очень хорошо зная, что они не извлекутъ изъ нея никакой личной пользы. Такъ, пол- ководецъ ведетъ пушечное ыясо на смерть за дѣдо, чуждое и непонятное этому мясу. На этомъ кончается область достовѣрнаго и вытекакщихъ изъ него практическпхъ слѣд- ствій. Перейдемъ къ вѣроятностямъ. . Что вывело вещи пзъ ихъ первобытнаго равновѣсія въ движеніе? Желаніе быть, идея. Все исходить изъ матеріи, но все оживляется идеей, которая, стремясь реалпзпроваться, порождаетъ бытіе. Нѣтъ зданія безъ камней пли дерева, нѣтъ музыки безъ струнъ иди мѣди, нѣтъ мысли безъ нервной массы; но камни не зданіе, скрипка не музыка, мозгъ не мысль; это — усдовія, безъ которыхъ не- возможны зданіе, музыка и мысль. Соната Бетховена на бумагѣ существу етъ только въ возможности; ея бытіе въ дѣйствитедьности обусловлено кодебаніями воздуха, физиче- скимъ фактомъ. Однако, будучи необходи- мымъ условіемъ бытія, матерія отнюдь не есть его причина. Причина— идея, которая одна реально существуетъ и вѣчно стремит- ся къ полному существованію, создавая не- обходимыя для себя матеріальныя комбина- піи. Поэтому и міровая дѣдь можетъ со- стоять только въ сознаніи, въ господствѣ разума. На каждой планетѣ фабрикуется мысль, эстетическое чувство, нравственное. На земдѣ высшая мыслительная машина (тасЫпе а репзег) есть чедовѣкъ, но и онъ— только орудіе и матеріалъ для высшей дѣли, для образованія существъ или существа съ еще болѣе конпентрированнымъ сознаніемъ. Челсвѣку не дано постигнуть всевѣдѣнія и всемогущества, потому что рессурсы нашей планеты конечны, но нашей планетой міръ не исчерпывается. Что же касается человѣка, то тутъ могутъ быть различный вѣроятности. Ходъ цввилизаціи, какъ уже и прежде не разъ случалось, можетъ задержаться какимъ- нибудь спльнымъ гоненіемъ на свободную мысль. Еще большими опасностями грозитъ истребленіе запасовъ каменнаго угля и силь- ное развитіе эгоистическихъ идей, образны котораго уже нынѣ есть въ нѣкоторыхъ де- мократіяхъ. Это, собственно говоря — факты одного порядка: распространеніе эгоистиче- скихъ идей демократіи есть своего рода ко- непъ каменнаго угля, конедъ нравственной теплоты и способности къ самоотвержѳнію. Можетъ быть, въ будущемъ земля сплошь заселится пдіотами, грѣющимися на солнцѣ и не думающими нп о чемъ, кромѣ необхо- димаго для матеріальной жизни. Однако наука можетъ парализировать оба страш- ные факта. Она можетъ придумать средства для замѣны каменнаго , угля непосредствен- ной утидизаціей солнечной теплоты. Она мо- жетъ, путемъ прогресса военнаго искусства, сосредоточить страшную силу въ рукахъ умственной и нравственной аристократіи. Наши современный арміп уже представляютъ собою нѣчто въ этомъ родѣ. Онѣ обезпечи- ваютъ ихъ поведителямъ господство надъ безоружной п недиспиплинированной толпой. Но въ пихъ лежитъ зародышъ ихъ собствен- ной слабости: они рекрутируются изъ рядовъ народа, и если весь народъ проникнется эгоистическими чувствами зависти и жадно- сти, на него невозможно будетъ опереться для борьбы съ завистью и жадностью. Надо придумать что-нибудь болѣе солидное, что- нибудь вродѣ маленькой группы мудре- цовъ, заправдяющихъ человѣчествомъ при помощи средствъ, который требовали бы для своего примѣненія огромныхъ знаній я по- тому были бы недоступны толпѣ. Такимъ образомъ, наука есть великій дѣ- ятель божественнаго мірового сознанія. Те- оретически, она есть міръ, природа, себя сознающая. Практически, она даетъ бо- жественной, міровой силѣ такія средства опоры, могущество которыхъ теперь даже взвѣснть нельзя. Здѣсь мы уже нечувстви- тельно переходимъ въ область мечты Ггёѵе), утопіи. Сознаніе требуетъ себѣ почвы въ видѣ индпвидуальнаго единства, единаго вепзогі- шп'а, состоящаго изъ нервной массы, управ- ляющей опредѣленнымъ органпзмомъ. Есть однако живыя единства, не до такой степе- ни индивидуализпрованныя. Націи, какъ Франщя, Германія, Англія, города, какъ Аѳины, Венепія, Флоренція, Парижъ, дѣй- ствуютъ подобно дичностямъ, имѣющимъ опредѣленный характеръ и интересы. На нпхъ, точно такъ же, какъ на церковь и нѣко- торыя ассоціадіи можно смотр ѣть, какъ на ин- дивидуальные организмы, болѣе или менѣе ис- кусно борящіеся за свое личное существова- ніе и за поддержаніе своего вида. Физіологія показала, что жизнь растенія или животнаго есть равнодѣйствующая другихъ жизней, гар- монически сподчиненныхъ нѣкоторому кон- кретному единству. Сознаніе есть тоже равно- дѣйствующая милліоновъ другихъ сознаніи. подчиненныхъ одной цѣли. Клѣточка пред- ставляетъ уже нѣкоторую пндивидуальную концентрапію; нѣсколько клѣточекъ, связан- ныхъ въ одно цѣлое, образуютъ сознаніе второго порядка (человѣкъ или животное). Сознанія второго порядка, группируясь, обра- зуютъ сознаніе третьяго порядка, сознаніе городовъ, церквей, націй, состоящихъ изъ милліоновъ личностей, проникпутыхъ одной идеей, одушевленныхъ одинаковыми чувства- ми. Съ матеріалистической точки зрѣнія, су- •**^^ѵ -ж^^^л^^^^т